Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Тяжелая атлетика - Чемпионат мира-1999 - Афины (Греция)

КАХИАШВИЛИС СПАСАЕТ ГРЕЦИЮ

Кахи Кахиашвили

Фото из архива Елены Вайцеховской
На снимке Кахи Кахиашвили

29 ноября 1999

27 ноября в предпоследний день чемпионата сборная России снова осталась без медалей. Даже малых. Олимпийский чемпион Атланты Алексей Петров и чемпион мира-87 Максим Агапитов показали лишь 5-й и 8-й результаты в общем зачете. При этом к Петрову не было никаких претензий. Он травмировал руку но все равно вышел на помост, чтобы принести команде зачетные очки.

Перед началом соревнований о серьезности травмы знали лишь сам Алексей и его отец-тренер. Насторожило лишь то, что для первого подхода в рывке вместо предварительно заявленных, как и у двукратного чемпиона Олимпийских игр Кахиашвилиса, 180 кг Петров заказал 170. Взял их легко и технично. Точно так же разделался и со 175. А на третью попытку не вышел...

Кахиашвилис же закончил упражнение мировым рекордом - 187,5. Второй представитель Греции Леонидас Кокас вырвал 182,5. Чемпион Европы поляк Симон Колецкий - 180. Увиденного было вполне достаточно, чтобы понять: и в этом финале героями станут не россияне.

Во втором упражнении Петров был предельно точен во всех трех подходах - 210, 217,5, 220. Все. Для олимпийского чемпиона турнир был закончен. А Кахиашвилис и Колецкий еще не выходили на помост. Первым весом у обоих значились 222,5 кг. Потом оба взяли 225. После третьего и неудачного подхода двукратного олимпийского чемпиона, которому нужно было выиграть во что бы то ни стало, иначе Греция осталась бы без единого золота, юный поляк решился на явную авантюру, заказав мировой рекорд - 230,5 кг. Взял штангу на грудь, но толкнуть не смог.

Наверное, в этом была справедливость. Накануне, в пятницу, стадион «Мир и дружба» был впервые заполнен до предела: греки жаждали увидеть победу чемпиона Игр-92 и -96 Пирроса Димаса. В его успехе никто не сомневался ни до старта, ни тем более после рывка, в котором Димас, играючи, поднял мировой рекорд и, не бросая штангу долго крутил головой по сторонам. Уверовав в собственную непобедимость, грек постоянно улыбался, посылал публике воздушные поцелуи, выходя к штанге в толчке, притормаживал у телекамеры, чтобы помахать рукой или скорчить гримасу. В результате во втором и третьем подходах Димас не взял 212,5 кг, однако радоваться не перестал. Оставался-то лишь иранец Насириниа. Статист.

В момент всеобщего ликования - для всей страны Димас уже был чемпионом в рывке и общем зачете, а Христос Спиру - в толчке, так как при тех же 207,5 кг он был легче соотечественника, иранец заказал 215 кг. А через минуту с небольшим по трибунам пронесся протяжный скорбный стон: надежда Греции была разбита. От вожделенных трех золотых медалей осталась одна - малая. И мировой рекорд, который уже никого не радовал.

В субботу на Кахиашвилиса народу пришло поменьше. Когда все было позади и греческие болельщики выстроились в очередь за его автографами, я подошла к Колецкому и его тренеру Миреку Хорошу. Хотя до чемпионата поляка называли одним из главных претендентов на победу - таков был прогресс этого штангиста за последний год, оба расстроенными не выглядели.

- Возможно, в Сиднее Симон выступит в более тяжелой категории, - сказал Хорош. - Правда, будет не так просто набрать вес. Он слишком высокий для 94 кг, и, если быстро нарастить массу, возрастет угроза получить травму - могут не выдержать связки и суставы. Однако мы попробуем. Победа на чемпионате Европы в Ла-Корунье в апреле этого года для нас не стала неожиданностью: на тренировках Симон поднимал и большие веса. Что касается заявленного мирового рекорда, то мы решили рискнуть. Обычно Симон толкает штангу, если взял ее на грудь. Но в Афинах не сумел. Ничего страшного. В запасе еще почти год.

Освободившись от поклонников, Кахиашвилис с удовольствием перешел с греческого на русский язык.

- Я вас помню, - сказал он в ответ на мою просьбу об интервью. - Вы ведь были в Барселоне?

- Что заставляет вас, двукратного олимпийского чемпиона, продолжать много тренироваться? - поинтересовалась я.

- Иногда сам удивляюсь. Бывает очень тяжко. Особенно я страдал, по-другому и не скажешь, в первое после переезда в Грецию время. Здесь очень широко используется болгарская методика. Общий тоннаж значительно меньше, но при этом каждый тренировочный подход к штанге - на максимальном усилии. Сначала стимулом было лишь справиться с тренировками. Потом результаты начали расти. Сейчас я привык и не мыслю для себя другой методики. Хотя прекрасно понимаю: в Сиднее будет намного тяжелее, чем на предыдущих Играх. Тот же Колецкий моложе меня на 12 лет. Петров и Кокас - почти на 5. Посмотрим...

ОТЕЦ И СЫН НАДЕЮТСЯ НА СИДНЕЙ

Петров, которым впервые за много лет не интересовался ни один иностранный журналист, в одиночестве ждал автобуса у выходе со стадиона.

- Почему вы все-таки решили выступать, не имея шансов на победу?

- Не сразу понял, насколько сильно мне помешает травма. Год назад, когда я всерьез намеревался перейти в категорию 105 кг, неудачно поднял на тренировке 200 кг. Вывернул сустав. Потом вроде залечил травму, но о переходе пришлось забыть. А незадолго до чемпионата пошел на тренировке на 180, и снова почувствовал, что рука болит. На разминке потянул ее вторично. И испугался, что борьба за золото на пределе возможностей может стоить мне Олимпийских игр в Сиднее. Конечно, я хотел выиграть. Но что поделаешь? А сняться, лишить команду очков, я тоже не мог. Было очень сложно. Всегда тяжело выступать в стране, где есть свои сильные штангисты.

- После Игр в Атланте вы были очень серьезно настроены на переезд в Швецию. Почему тогда так рвались уехать?

- Потому что понял: спортсмены у нас нужны лишь до Олимпиад. А после них, будь ты хоть многократным чемпионом, о тебе быстро забывают. Приходится решать все проблемы самому. Я жил в Волгограде, а там интересуются лишь «Ротором». Когда после Игр я начал тренироваться, столкнулся с тем, что мне не собираются оплачивать даже питание - предложили выдавать продукты на сумму 400 рублей в месяц. Примерно тогда же я познакомился с девушкой, родственники которой жили в Швеции. Так и появилась идея перебраться туда. Чем больше я думал об этом, тем больше убеждался, что уезжать надо. Перед глазами был ведь пример отца - моего тренера. Он приезжал в Атланту после тяжелейшей операции. А когда Игры были позади, оказался, как и я, никому не нужен. Знаете, у нас даже радости никакой тогда не было от победы. До Игр мы о ней мечтали. И выиграв, потеряли мечту Осталась пустота. Я думал, что новая жизнь, страна, уклад, система тренировок станут новым стимулом для подготовки к очередным Играм. Не так ведь просто заставить себя забыть, что ты чемпион, и работать как каторжный еще 4 года.

- Почему же остались?

- Тогдашний президент Российской федерации тяжелой атлетики Арсамаков прекрасно меня понял и дал согласие на переезд. Но потом сменился главный тренер - им стал Павел Гурылев, которому, естественно, хотелось сделать себе имя. А как его сделаешь, если сильные спортсмены разбегаются? Тут и возникли проблемы. И шведы, почувствовав, что не все так просто, пошли на попятную. Мол, не хотят из-за одного спортсмена, будь он двадцать раз заслуженный, портить отношения с нашей федерацией. Потом Гурылева сменил Давид Ригерт, которого я просто боготворил, когда он выступал. Работать с ним мне было очень легко и приятно. Так и остался, несмотря на то, что Ригерт был главным довольно недолго. Но больше уже не жалел. Перебрался в Москву, в клуб «Кунцево», мне стали создавать неплохие условия, хотя квартирный вопрос пока не решен. И тут эта травма!

- Вы ожидали, что конкуренция всего за год так вырастет?

- Ожидал. Достаточно было посмотреть чемпионат Европы. Еще я понял, что думать о более тяжелой категории пока нет смысла. Поборемся в прежней.

- Ваши отношения с отцом - партнерские или отца и сына?

- Отца и сына. С одной стороны, это непросто. Он же и дома постоянно следит за тем, чтобы я жил в определенном, довольно жестком режиме. А с другой стороны, кто, если не отец, лучше поймет мои беды и проблемы?

НАШИМ ШТАНГИСТАМ НУЖЕН СКОРЕЕ ПСИХОЛОГ, НЕЖЕЛИ ОБЫЧНЫЙ ВРАЧ

В командном зачете чемпионата мира-99 мужская сборная России заняла 7-е место, уступив 4 очка украинцам. Это означает что на Олимпийских играх в Сиднее нашу страну будут представлять не 8, а всего 6 штангистов. Единственную золотую медаль на ЧМ-99 у нас завоевал в супертяжелом весе олимпийский чемпион Атланты Андрей Чемеркин. Единственную серебряную - Евгений Шишлянников в категории 105 кг. В принципе не так уж и плохо, если учесть, что задачей-максимум национальной федерации были две золотые медали, а олимпийский чемпион Алексей Петров не смог выступить в Афинах в полную силу из-за травмы руки. И все-таки болельщики, еще в советские времена привыкшие к многочисленным победам наших штангистов, вряд ли назовут этот результат удовлетворительным.

Я попросила прокомментировать итоги афинского турнира главного тренера сборной Юрия Плотникова.

- Когда несколько месяцев назад после чемпионата Европы в Ла Корунье, где Россия впервые за много десятков лет осталась вообще без единой медали, я принимал команду меня спросили, зачем мне это нужно. Мол, российская тяжелая атлетика в полном кризисе и не сможет выйти из него в ближайшее время ни при каких условиях. Я ответил, что, когда все в порядке, роль главного тренера не так уж велика. Конечно, мог бы сейчас сказать, что доволен выступлением, если бы не 7-е общекомандное место. Что бы там ни говорили о прогрессе других стран, считаю, что Россия всегда должна оставаться в шестерке сильнейших. С другой стороны, могло быть и хуже. Теперь моя задача - максимально хорошо обеспечить подготовку к Играм в Сиднее. Сразу после возвращения из Афин я намерен выехать в Санкт-Петербург, где будет проходить чемпионат Вооруженных сил. Хочу встретиться и переговорить с людьми, которые могли бы помочь в научно-исследовательском аспекте нашей подготовки.

- Но в Афинах в команде не было даже врача.

- Мне не нужен врач, который бы только раздавал таблетки и лечил мелкие болячки. Зато очень хотел бы иметь хорошего специалиста-психолога. Хотя бы на каком-то из этапов подготовки. Помните неудачное выступление наших штангистов на прошлогоднем чемпионате мира в Таиланде? Готовы все были неплохо. Но к соревнованиям ребята устали настолько, что не хотели даже выходить на помост. Как у нас говорят, начались проблемы с головой. Их можно избежать. В идеале в сборной должна работать бригада специалистов, каждый из которых отвечал бы за определенный участок подготовки.

- Вы считаете, что говорить о развале некогда могучей тяжелоатлетической державы преждевременно?

- Уверен в этом. Я очень верю тренерам, с которыми работаю. С большинством из них - Владимиром Книгой, Александром Петровым, Александром Сырцовым, Вячеславом Крыловым - мы прошли весь путь подготовки к Атланте. Сам я тогда был начальником команды. Это очень профессиональный коллектив.

- Знаю, чемпионат Европы в олимпийском году сильнейшие обычно пропускают. Можно ли на основании результатов афинского турнира предсказать, что ждет штангистов в Сиднее?

- Будет очень сложно. Надо быть готовым к чему угодно. И готовым очень хорошо.

 

 

© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru