Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Велогонки - Спортсмены
Ааво Пиккуус: КОРОЛИ И КАПУСТА
Ааво Пиккуус
Фото из архива Елены Вайцеховской
на снимке Ааво Пиккуус

Двухэтажный дом на тихой улочке Тарту выдержан в бежевых тонах. Желтая телескопическая антенна на крыше и живая изгородь изумрудно - зеленых елочек оживляют пейзаж. Почему-то подумалось: в таком доме обязательно должно быть много детей...

Дверь не заперта. Вхожу в просторный холл и на всякий случай здороваюсь в пустоту по-эстонски: «Тере...».

-  Ааво сейчас    вернется, - слышу женский голос, - подождите.

Через несколько минут к дому подъезжает «Жигуленок».

- Заставил ждать? Извини, дела задержали.

Прежнего Пиккууса выдают лишь глаза. Аж жуть берет: ведь четырнадцать лет прошло с нашей последней встречи на монреальской Олимпиаде 1976 года, где Пиккуус, Валерий Чаплыгин, Владимир Каминский и Анатолий Чуканов завоевали для страны самое первое олимпийское золото в шоссейной гонке.

-  А ты стал хуже говорить по-русски...

-  Да? - смеется   Ааво.  - Так ведь раньше все время на сборах был, теперь забываю. Старый уже...

Дом с приходом хозяина как бы оживает, в двери появляется детская мордашка и что-то говорит по-эстонски, с любопытством косясь на меня.

-  Подожди, пожалуйста (это мне), сейчас включу  им  мультфильмы.

-  Сколько у тебя, двое?

-  Трое. Все дочки... Пока.

Рассматриваю кубки, призы - на многих замерли в стекле, металле двухколесные машины. Память о том, что было. О сегодняшнем напоминает другое: штабеля колес, крыльев, бамперов, сложенные везде, где только можно: под лестницей, у гаража, даже в предбаннике оборудованной в подвале сауны. Из небольшого, здесь же устроенного бассейна тоже торчат автомобильные железки.

-  Сразу решил стать автогонщиком после ухода из велоспорта?

-  Намного   раньше. Да и машину начал готовить еще до московской Олимпиады. Правда, если бы знал, что столько возни будет, наверное, сто раз подумал бы, - смеется Пиккуус. - Я в велоспорте только своим делом занимался - педали крутил. А автогонки - это и снабжение, и строительство.

-  По-прежнему участвуешь в велогонках?

- Только в любительских, для удовольствия. На Тартуское раттаралли к нам съезжается до трех тысяч  гонщиков. Многие старые знакомые приезжают - Гусятников, Каминский.  Недавно Таллиннскую гонку выиграл. Не  собирался участвовать, но, знаешь, трасса интересная. Там такой поворот был, - Пиккуус делает сложное   движение  рукой, - я сказал другу - он судья по велоспорту:  «Если  до этого поворота     первым доеду, то выиграю». Он мне: «Ты с ума сошел, 72 километра все-таки!». Поспорили. Доехали до поворота, все гонщики по левому краю, а я сразу увидел, что они не вписываются в поворот, изнутри прижался к бровке - ну, думаю, только бы ветер не снес в сторону. Удержался, да так вперед и ушел. Когда у человека есть стимул, то открываются совершенно невероятные возможности. Это я на себе много раз испытал.

-  А что было для тебя стимулом в велоспорте?

-  Я же    сразу, как начал серьезно  тренироваться, попал в сборную. Было это в 1973 году. Так в  сборной  семь лет и прогонялся.  И падения были, и взлеты, и олимпийское «золото», и незаслуженные обиды от   начальства. А стимул был один - гоняться и побеждать. Жить без всего этого не мог. Ну а перед олимпийским  восьмидесятым «стариков» просто начали убирать из команды - освобождали молодым дорогу. Я считаю, что молодые сами должны пробиваться в люди, и нет нужды делать это искусственно. 17- 18 лет - это не тот возраст, в котором гонщик может полностью раскрыться. На «Тур де Франс», например, парней моложе 24 лет просто не допускают. У нас же в двадцать четыре запросто можно услышать, что ты уже старик.

-  Но ведь ты тоже был моложе  всех,  когда проехал свою первую велогонку Мира в семьдесят четвертом...

-  Да, но одному Богу известно, сколько я работал,чтобы попасть в команду. И сразу, кстати, вышел там в лидеры - оторвался от Шозды на 2 минуты 45 секунд.

...На той гонке Пиккуусу не везло. Он падал трижды. Падал так, что на бедре сквозь лохмотья мышц проглядывала кость. Надевал специальную накладку, чтобы уменьшить трение костюма о рану, и все равно не чувствовал ничего, кроме одуряющей пульсирующей боли. Она не давала спать по ночам, но наутро гонщик в майке лидера вновь выходил на старт. Говорят, он даже заплакал, упав в третий раз на самом финише...

-  Было такое?

-  От боли не плакал никогда. Гораздо  хуже,   когда  заплакать не можешь.    Хочешь, а не можешь.

Почувствовав в моем взгляде вопрос, продолжал:

-  Знаешь, в восьмидесятом, когда меня не  поставили в команду, я поехал в Венгрию с эстонскими гонщиками. Там многие   участвовали, кто не смог из-за бойкота приехать в Москву. Так вот, когда мы выиграли - без единой замены, ко мне подходили иностранцы, которые никак не могли понять: почему я в Венгрии, а не в Москве. А что я мог сказать? Я сам все гораздо позже понял...

-  Понял что?

-  Почему мешал. Я всегда независимый был. Садился за руль выигрывать и всегда выкладывался полностью. Выигрывал чемпионаты страны, но не был уверен в том, что буду участвовать в чемпионате мира. Приходилось до последнего дня доказывать свое право на место в команде, вместо того чтобы нормально тренироваться. И я говорил об этом. И о многом другом. Это не всем нравилось.

...Вспомнила рассказанную мне историю. Накануне выезда на ответственную гонку велосипедистов принимал председатель Спорткомитета Сергей Павлов. «Никаких жалоб» - была дана установка ребятам. Но Пиккуус захватил с собой шерстяную тренировочную майку тбилисского производства, севшую после первой стирки ровно вдвое. На вопрос председателя, есть ли проблемы, спокойно сказал: «Есть». И на глазах негодующего тренера положил маечку на стол: «В этом ездить можно?» Гонку команда ехала в форме «Адидас»...

- Но почему же ты не ушел тогда, сразу,  а продолжал ездить еще год?

- Как-то пришлось выступать перед рабочими на одном    из предприятий Тарту. Поднялся там один мужик и резко так бросил: «Ты  уходишь,  потому что больше не можешь побеждать». Там же, при всех, я дал слово, что стану чемпионом Союза.  Потом уйду...

...Накануне отъезда в Таллинн в картотеке «Советского спорта» я нашла конверт с фамилией Пиккууса. На одной из карточек в графе «спортивные результаты» увидела запись: «Чемпионат СССР, 1-е место. 31.03.81».

Через два месяца Ааво вышел на старт первого в своей жизни ралли.

-  Помнишь свою первую автогонку?

-  Еще бы! Я ее просто не доехал - перевернулся по дороге. Машину жалко было - рожки да ножки остались.  Сделал   новую - другие проблемы   появились: к гонкам, в которых хотел участвовать, допускали только спортсменов   не ниже кандидатов в мастера спорта. А я был только перворазрядником. «Заслуженный» не в счет.

-  А что за история, если не секрет, у тебя была с капустой?

-  Ты и об этом знаешь? Да что тут рассказывать,  деньги нужны были. Это сейчас у меня спонсор есть, а тогда  все сам покупал для машины. Ну и договорились  с другом   - у   него участок земли был, - посадили семена. Думали, вырастим капусту, поедем куда-нибудь, где она не растет, продадим, денег заработаем. Знаешь   сколько я книжек про эту капусту прочитал?! Все сделали по науке: убрали, в помещение сложили,  свет специальный   провели,   вентиляцию. В  Эстонии зимой обычно градусов пятнадцать    мороза, не холоднее. А тут вдруг минус тридцать пять...

Ааво вздыхает отчаянно:

-  Вся наша капуста померзла. А какие красивые кочанчики были...

-  Ну   с деньгами ты сейчас проблему решил. А что дальше?

- Хочу гонку проехать на сильной машине. В прошлом году на чемпионате Европы выиграл   состязания в своем классе, а в абсолютном зачете был шестым.  Говорят, иностранные гонщики сильнее. Но ведь они ездят на совершенно других машинах, которые даже сравнивать нельзя с теми, на которых гоняемся мы.    Что касается   спортсменов, то все они из мяса   и костей, еще посмотрим, кто кого...

-  И сколько еще собираешься ездить?

- За восемь лет в автоспорте я пришел к выводу, что после сорока у многих появляется страх и класс    езды теряется. Если я почувствую, что такое происходит со мной, уйду сразу же.

-  А жена не боится за тебя?

-  Об этом лучше спросить у нее. Когда ушел из велоспорта, сразу ей сказал: «Буду гоняться на    машине, и это - обсуждению не подлежит».  Мы    были знакомы уже семь лет, но еще не были женаты. Она поняла меня тогда. Понимает и сейчас.

- Я знаю, тебя выбрали президентом Ассоциации спортсменов Эстонии. Что это за работа?

- Пока на этот вопрос ответить не так легко - ассоциация существует всего два месяца. Но все мы, кто в нее входит, стараемся, чтобы спортсмены не чувствовали себя забытыми. Помогаем материально тем, кто нуждается,   есть небольшой фонд для тех, кто получил травмы. Решаем самые разные проблемы, в том числе и бытовые. Уже есть помещение, в котором   будут детские ясли, чтобы было куда пристроить малышей хотя бы на время тренировок. Хотим, чтобы у нас было место, где можно встретиться, - клуб, кафе. Есть предложения от спонсоров на рекламу их продукции. Планов много,  нужно только время.

...Перед уходом с разрешения Ааво я заглянула в гараж. Механики колдовали над кузовом новой машины. («Эта будет на сто пятьдесят килограммов легче моей гоночной», - объяснил мне Пиккуус). А у стены стоял красный велосипед фирмы «Кольнаго» с выведенной маленькими черными буквами на раме фамилией гонщика: невесомое, почти живое существо, созданное для полета...

Ааво подошел и ласково провел рукой по рулю:

- Знал бы Кольнаго, что я на его машине одиннадцать лет уже езжу...

1990 год

© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru