Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Прыжки в воду - Спортсмены
Дмитрий САУТИН: «Я БОЛЬШЕ НИЧЕГО НЕ ЗАГАДЫВАЮ »
Дмитрий Саутин
Фото © Александр Вильф
на снимке Дмитрий Саутин

Досье «СЭ». Дмитрий САУТИН. Родился 15 марта 1974 года в Воронеже. Чемпион Европы: 1993 (вышка 10 м), 1995, 1997 (трамплин 3 м), 1999 (вышка 10 м), 2000 (трамплин 3 м, вышка 10 м), 2002 (трамплин 3 м индивидуальные и синхронные прыжки). Чемпион мира: 1994 (вышка 10 м), 1998 (трамплин 3 м, вышка 10 м), 2001 (трамплин 3 м), 2003 (синхронные прыжки, трамплин 3 м). Чемпион Олимпийских игр: 1996 (вышка 10 м), 2000 (вышка 10 м, синхронные прыжки). Серебряный призер Игр-2000 (трамплин 3 м, синхронные прыжки). Бронзовый призер Игр-1992 (вышка 10 м), 2000 (трамплин 3 м, вышка 10 м), 2004 (трамплин 3 м). Обладатель Кубка мира-2000 (трамплин 3 м). Победитель Суперфинала «Гран-при»-2003 (трамплин 3 м). Тренер - Татьяна Стародубцева.

Самый большой удар в своей спортивной карьере Саутин пережил в олимпийских Афинах: имея более чем предпочтительные шансы стать чемпионом в синхронных прыжках на 3-метровом трамплине вместе с Александром Доброскоком, Дмитрий зацепился ногами за снаряд во время последней попытки - и российский дуэт вообще остался без наград.

К тому времени Саутин был уже наиболее выдающимся и титулованным прыгуном в мире. Выступал на четырех Олимпиадах - и со всех возвращался с медалями. Собирался завершить карьеру после Игр-2004, говорил об этом как о почти решенном деле (слишком много накопилось серьезных травм), но, поразмыслив, объявил, что остается в спорте еще минимум на год, чтобы выступить на своем пятом чемпионате мира (на четырех предыдущих он завоевал шесть высших титулов). Однако в июле прошлого года перед самым отлетом сборной в Монреаль Саутин не приехал в аэропорт.

После этого никто в прыжковом мире не сомневался в том, что Дмитрий уже никогда не поднимется на снаряд. Но две недели назад в Стокгольме Саутин стал обладателем Кубка европейских чемпионов сразу в двух видах программы - в индивидуальных и синхронных прыжках с 3-метрового трамплина. Выслушав поздравления по телефону, он подтвердил: карьера будет продолжена. В ближайших планах - выступление на этапах «Гран-при» и на июльском (уже восьмом по счету) чемпионате Европы по водным видам спорта в Будапеште.

- Для множества ваших поклонников прошлогодний демарш с неявкой в аэропорт до сих пор остается без объяснений. Что все-таки произошло?

- У меня тогда ничего не ладилось. Один из наиболее сложных прыжков, который я всегда считал своей «коронкой», вдруг перестал получаться. Выучить второй - два с половиной оборота вперед с двумя винтами, который мы планировали включить в программу как раз к чемпионату мира, - я не успевал. Главным образом из-за того, что не отпускали травмы. Когда начал тренироваться после Игр в Афинах, у меня заболело правое плечо. Потом боль начала спускаться вниз - на локоть. И я думал не столько о тренировках, сколько о том, что не готов выступать. Чем больше думал, тем отчетливее понимал, что не хочу никуда ехать. Пытался поговорить об этом с тренерами, но, насколько понял, мои объяснения никто всерьез не воспринимал. Решили все за меня.

- Получается, что с вашей стороны это был жест отчаяния?

- Наверное. Тяжело постоянно чувствовать, что ничего не успеваешь, не можешь восстановиться. И при этом надо куда-то ехать, что-то прыгать...

- Из-за того, что команда улетела в Канаду без вас, угрызения совести не преследовали?

- Конечно, преследовали. Многих ведь подвел. И своего личного тренера, и руководителей сборной, и Сашу Доброскока, с которым должен был выступать в синхронных прыжках. Игры в Афинах вспоминал, где из-за моей ошибки все так на трамплине получилось... В общем, был в жутком психологическом состоянии. Даже из города уехал, чтобы никого не видеть и не слышать. Спрятался ото всех на даче. Постепенно немножко пришел в себя, стал заниматься какими-то бытовыми делами, домом. О спорте почти не вспоминал.

- А почему решили вернуться? Давно ведь, знаю, задумывались о том, чтобы закончить с прыжками и переключиться на другую жизнь.

- Так работы-то никакой нет. Ни в Воронеже, ни в Москве. Если перестану тренироваться, мне останется только проживать деньги, которые удалось накопить за прежние годы, и мучиться от безделья. А деньги утекают быстро. Думать о другой жизни в такой ситуации можно только абстрактно. Значит, тоже не имеет смысла.

Впрочем, не так давно мне предложили создать в Воронеже свой благотворительный фонд. Он пока не функционирует: занимаемся оформлением различных бумаг, согласованием всяческих организационных моментов. Со временем, возможно, удастся создать свою школу. Хотелось бы в каком-то качестве остаться в прыжках в воду, делать что-то такое, чтобы они продолжали развиваться. Но как это может выглядеть на практике, я пока не знаю. Да и загадывать наперед не хочу.

- Может, все-таки стоит задуматься? Ведь пройдет еще год, другой, третий, и вы рискуете столкнуться с гораздо более тяжелой ситуацией: допустим, работы, которая вас устроила бы, по-прежнему не будет, а здоровье уже не позволит продолжать прыгать в воду так, чтобы этим зарабатывать на жизнь...

- Этого я, конечно, боюсь. Тем более что травмы только усугубляются. Сейчас стало побаливать левое плечо, и я уже подсознательно жду момента, когда боль спустится на локоть, как было с правой рукой. Естественно, стараюсь не запускать, постоянно езжу на процедуры. Теперь стало полегче, чем в начале сезона, но все равно иногда тяжело.

- Какой перерыв получился у вас в тренировках?

- Четыре месяца. Когда пришел в бассейн, весил под 80 кг. Татьяна (Стародубцева. - Е.В.), когда меня увидела, в шоке, наверное, была. После чемпионата мира мы с ней много разговаривали и пришли к выводу, что, прежде чем строить планы на будущее, надо отдохнуть, восстановиться и со свежими силами начать новый сезон. Я дал тренеру слово сбросить вес. Непросто было. Но что поделаешь, если профессия такая? Сбросил.

- С Александром Доброскоком, с которым вы были партнерами на трамплине пять лет, отношения все это время поддерживали?

- Мы почти не виделись в течение последнего года - только перезванивались. В конце декабря встретились на Кубке Урала в Бузулуке, где планировали вместе выступать. Доброскок пришел на разминку, и в одном из прыжков у него снова «вылетело» плечо. Стали делать какие-то обезболивающие уколы, но прыгать он так и не смог. Ему ведь несколько лет назад прооперировали оба плеча. Одно хорошо, а вот второе неважно, пришлось снова ложиться в госпиталь. Но еще раз оперироваться он не хочет. Надеется, что удастся «закачать» руку и поддерживать ее в нормальном состоянии терапевтическими методами.

- На чемпионате мира в Монреале мне показалось, что Доброскок был очень сильно на вас обижен - и за то, что вы не поехали в Канаду, и в какой-то степени за Олимпиаду... Я даже подумала, что именно это могло стать причиной вашего расставания.

- Нет, все было иначе. Когда Саша снялся с соревнований в Бузулуке, тренеры там же предложили мне попробовать выступить с Юрой Кунаковым. Он, как и я, из Воронежа, много лет тренировался у мужа Стародубцевой - Геннадия. Юра сильно прибавил в последний год, вырос, стал мощнее. Я бы даже сказал, что внешне мы несильно друг от друга отличаемся. Только возраст разный. Вот и решили попробовать. В январе поехали на Кубок России и выиграли его. К тому времени я прекрасно понял, насколько удобнее постоянно тренироваться вместе. Я же знаю, что такое готовиться к соревнованиям, когда партнеры живут в разных городах. Приходится либо ездить друг к другу, либо сидеть на сборах, как это до сих пор делают, например, Юля Колтунова и Наташа Гончарова. Колтунова приезжать в Воронеж не хочет. Она из Электростали, где у прыгунов просто замечательные условия для тренировок, поэтому Гончарова вынуждена все время находиться там. Нам же с Кунаковым повезло: спокойно работаем дома. Мне комфортно с ним, мы, кажется, неплохо понимаем друг друга.

- А как в Воронеже с условиями для тренировок? Слышала, что осенью вас за неуплату аренды грозились выгнать из бассейна.

- Сейчас все нормализовалось. Правда, нас предупредили, что в июне бассейн закроют на три месяца на капитальный ремонт.

- Насколько, на ваш взгляд, изменились прыжки в воду за последние годы и насколько они могут стать сложнее за то время, что осталось до Игр в Пекине?

- С точки зрения сложности ничего, думаю, не произойдет - максимум возможного уже достигнут. Про себя я, естественно, не говорю - мне бы удержаться на своем нынешнем уровне. А вот у того же Доброскока в произвольной программе собраны все наиболее сложные прыжки, включая четыре с половиной оборота вперед, который, кроме него, сейчас никто в мире не делает. И на «Весенних ласточках»(этапе «Гран-при», который проходил в начале марта в Электростали. - Е.В.) он показал, что с такой программой можно справляться. Несмотря на то, что там у него снова было обострение травмы плеча.

Если же говорить о синхронных прыжках, то они, конечно, сильно изменились. Когда их только ввели в программу, было, если помните, пять-шесть стран, которые могли себе позволить выставлять пары на крупных соревнованиях. Сейчас же прыгают все кому не лень. Китайцы вообще особняком стоят. Они всегда отличались очень высоким техническим уровнем подготовки синхронистов, а теперь вообще не выпускают из вида ни одной мелочи. Даже партнеров стараются подбирать так, чтобы те внешне ничем не отличались друг от друга.

- А что скажете об уровне российских прыгунов?

- Они на подъеме. В сборной сейчас как бы две параллельные команды, и тренеры дают возможность каждой из них участвовать в крупных турнирах. Да и поддерживать спортсменов стали довольно хорошо, жаловаться не приходится.

- По сравнению с теми временами, когда вы были полны сил и выигрывали все подряд, отношение к вам тренеров сборной хоть в чем-то изменилось?

- В начале сезона было дело. Но я был готов к этому. Понимал, что виноват со всех сторон. Сейчас ничего такого не чувствую. Другое дело, что самому стало сложнее.

- В чем именно сложнее? Заставлять себя работать, продолжать беспрекословно подчиняться тренеру?

- Выдерживать нагрузки. Особенно к вечеру. Иной раз надо бы после второй тренировки поехать на массаж, но заставить себя это сделать бывает выше моих сил. А раньше вторая тренировка давалась мне легче утренней. Успевал полностью проснуться, размяться, лучше чувствовал мышцы. Сейчас же получается наоборот. На вечер порой просто не хватает сил. Вроде и днем отдыхать стараюсь, ни на что постороннее силы не трачу, а все равно организм восстановиться не успевает. Видимо, от возраста никуда не деться.

- Вы намерены прыгать до Игр в Пекине?

- Не знаю. Я больше ничего не загадываю. Просто стараюсь делать свою работу.

2006 год

© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru