Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Фигурное катание - Чемпионат мира 2006 - Калгари (Канада)
ВПЕРЕДИ ЧЕТЫРЕХЛЕТИЕ ТРЕНЕРОВ
Яна Хохлова и Сергей Новицкий
Фото © Александр Вильф
Яна Хохлова и Сергей Новицкий

Едва закончились Олимпийские игры в Турине, как радостный (после трех российских золотых медалей) тон газетных публикаций сменился пессимистическим: «Что дальше?» Между строк читалось: «Ничего». Чемпионы, мол, уходят, за ними же пока не видно ни одного конкурентоспособного спортсмена или пары.

Однако там же в Турине свершился весьма незаурядный факт, на который стоит обратить внимание. Соавторами трех побед из четырех стали совсем молодые тренеры. Это Олег Васильев, Александр Жулин и Евгений Платов, а также Николай Морозов.

Так получалось, что основными поставщиками олимпийского золота Его Величества Российского Фигурно-катательного Двора на протяжении нескольких десятилетий становились всего пятеро выдающихся, легендарных мастеров. Станислав Жук, Елена Чайковская, Татьяна Тарасова, Тамара Москвина и Алексей Мишин. Сам факт, что только их ученикам удавалось достигать высших спортивных титулов, невольно заставлял думать, что лишь этой пятерке были известны какие-то тайные, скрытые от других секреты, способные превратить хороших спортсменов - в выдающихся. Им не нужно было даже прилагать какие-то сверхусилия, чтобы обзаводиться новыми учениками после того, как лед оставляли прежние. Спортсмены рвались к ним сами. И, как правило, получал и то, что хотел и. Количество побед, отмеченное «торговой маркой» того или иного из этих специалистов, естественно, не прибавляло им любви со стороны коллег. Особенно тех, от кого в свое время к великим уходили «свои» спортсмены. Но это в спорте всегда было в порядке вещей.

Незадолго до Игр в Турине Татьяна Тарасова, вместе с которой разное по продолжительности время работали и Морозов, и Платов, и Жулин, сказала :«Когда-нибудь мне придется уйти из спорта. И мне не безразлично, в чьих руках я оставлю дело, которому отдана большая часть жизни».

Признаться, тогда я посчитала сказанное всего-навсего красивыми словами. Однако уже в Турине стало очевидно: в российском фигурном катании произошла смена тренерских поколений. Причем тенденция очевидна и за пределами пьедестала.

Одно из наиболее ярких выступлений в женском одиночном катании оказалось на счету 16-летней грузинки Элене Гедеванишвили - ученицы известной в недавнем прошлом фигуристки Елены Водорезовой. В танцах столь же ярким был прокат третьего российского дуэта Яны Хохловой и Сергея Новицкого - их выводил на лед Александр Свинин. При этом прогресс американских и канадских танцевальных дуэтов неразрывно связан с дуэтом тренерским - в составе выходцев «советской» школы Игоря Шпильбанда и Марины Зуевой.

Наверное, не совсем справедливо считать тех, кто работает за океаном, своими. Однако до Турина у меня был разговор с «американцем» Морозовым. Который не скрывал, что мечтает работать с российскими фигуристами. Благо спорт сейчас пошел такой, что отъезд на Запад вовсе не препятствует спортсменам выступать за свою страну.

Если отталкиваться от того, что результат в спорте делают прежде всего тренеры, то вполне можно утверждать: Игры в Турине вовсе не закрыли золотую эпоху. Возможно, именно сейчас начинается другая. Хотелось бы думать, что и она станет российской.

Считать, что замена одного тренерского поколения другим равнозначна, пока, естественно, рано. Но именно предстоящие четыре года до Олимпийских игр в Ванкувере могут стать как никогда интересными. Потому что открывают неограниченные возможности прежде всего перед тренерами чемпионов. Ведь именно им удалось нащупать единственно верный путь к золоту в чудовищно запутанном олимпийском лабиринте. И в отличие от поколения великих предшественников их поиск по большому счету только начинается.

Олег Васильев: «УЖЕ В ВАНКУВЕРЕ-2010 МОЖЕМ СТАТЬ ПЕРВЫМИ»

В Турине олимпийский чемпион-1984 в парном катании Олег Васильев одержал первую победу как тренер. И чуть ли не сразу после того, как его подопечные Татьяна Тотъмянина и Максим Маринин объявили о своем уходе из любительского спорта, стало известно, что Васильев продолжит работу сразу с двумя новыми парами - Натальей Шестаковой - Павлом Лебедевым и Елизаветой Левшиной - Константином Гавриным.

- Вы так быстро обзавелись новыми учениками, словно присмотрели их себе еще до Игр. Это так?

- Не совсем. Шестакова и Лебедев перестали тренироваться у Николая и Людмилы Великовых сразу после чемпионата России в декабре прошлого года. Разговоры о том, что они в любом случае уходят от прежних тренеров, велись тогда вовсю, хотя никто не знал, к кому именно они хотят уйти, - варианты назывались разные.

 Ко мне ребята тоже подходили, спрашивали, не соглашусь ли я с ними поработать. Я сказал, что в принципе готов обсуждать эту тему но не сейчас, а когда закончится Олимпиада. В итоге Наташа с Павлом позвонили мне на следующий день после финала в парном катании, подтвердили свои намерения. Я обсудил эту тему с президентом Российской федерации фигурного катания Валентином Писеевым и получил его согласие.

Вторая пара - юниорская. Левшина и Гаврин катались у Натальи Павловой. Насколько мне известно, она пыталась их разъединить и поставить Лизу с другим партнером, но ребята хотели продолжать кататься вместе. Поэтому и возник конфликт. Произошло это во время Олимпиады, так что я вообще не подозревал, что Лизе с Костей может понадобиться тренер, и был сильно удивлен телефонному звонку Еще раз поговорил с Писеевым, потом, когда приехал в Питер, встретился с родителями фигуристов - ребята ведь пока маленькие, Лизе только 14 лет. И в итоге получилось, что уже 2 марта начал работать в Питере с обеими парами.

- Где вы собираетесь постоянно тренироваться - в Питере или в Чикаго?

- Поедем в Чикаго. Фигуристы будут жить в американских семьях, ездить на городском транспорте - то есть проходить через все то, через что прошли Тотьмянина и Маринин, когда начинали у меня кататься. Не исключено, кстати, что мы не будем находиться в США все четыре года до следующей Олимпиады. Если в Питере построят каток, который обещают уже четыре года, то мы вернемся. Или, может быть, переберемся в Москву если там появятся более интересные возможности для работы.

- После ухода Тотьмяниной и Маринина из любительского спорта многие предрекают России черную дыру в парном катании. Во всяком случае, из тех, кто сейчас продолжает выступать, пока не видно ни одной пары, способной бороться за золотые медали.

- С одной стороны, таких пар действительно нет. Вопрос в другом: что можно сделать за четыре года и из кого. «Из кого» - я подразумеваю способных спортсменов, готовых полностью отдать себя тренировкам ради конкретной цели. Такие спортсмены есть. Вторая задача - создать им условия для работы. Если эти два фактора будут выполнены, я готов утверждать, что уже на следующих Играх в Ванкувере мы вполне можем биться не только за то, чтобы попасть на пьедестал, но и за то, чтобы стать первыми.

- Имеете в виду Шестакову и Лебедева?

- Пока они не являются лучшими даже на своем возрастном уровне. Но у них есть большой плюс, который надо использовать. Они очень работоспособны. Могут тренироваться много, долго и осознанно: видят цель, к которой идут.

- Откуда вам это известно?

- Последние два месяца перед Играми в Турине мы делили в Питере общий лед, и я постоянно видел, как катаются Наташа и Павел. Причем - одни. Казалось бы, готовиться им уже совершенно не к чему, декабрьский чемпионат России был последним стартом, и вполне можно было позволить себе не напрягаться на тренировках, заняться учебой или чем-то еще. А они приходили на каток каждый день, причем работали очень активно. Через такую работу можно вытащить спортсменов на результат. И я знаю, как это сделать.

Левшина и Гаврин очень напоминают Таню с Максимом. По технике, по линиям, и, наверное, это неудивительно - ведь Тотъмянина и Маринин тоже пришли ко мне от Павловой. Так же хорошо были подготовлены в техническом плане, но совершенно не умели выступать. Делали массу ошибок то в одной, то в другой программе.

Другое дело, что Лиза с Костей намного моложе, чем были Таня с Максимом, когда попали ко мне. Они не настолько зажаты психологически - значит, им по силам добиться результата быстрее. Есть, правда, одна тонкость. Эта пара может еще два года выступать в юниорских соревнованиях. Что будет потом, когда ребята в 2009 году выйдут на взрослый уровень, пока, естественно, предсказать трудно. Но в любом случае считаю немалым преимуществом уже тот факт, что две хорошие пары будут кататься вместе.

- Вы рассуждаете в точности, как ваш тренер Тамара Москвина, которая готовила всех своих чемпионов в жесткой конкуренции друг с другом.

- Внутренняя конкуренция в группе значительно освобождает тренера от необходимости искусственно подстегивать спортсменов. Когда они чувствуют, что близки друг к другу то начинают работать более азартно. Дело тренера - следить, чтобы в группе, сколь бы напряженная борьба ни шла, между людьми сохранялись нормальные рабочие отношения.

- Переходы спортсменов - болезненная тема, и уже сейчас многие считают вас человеком, который пытается снимать пенки с чужой работы. Вас задевают такие разговоры?

- В учебниках по психологии пишут, что регулировать мы можем только те процессы, которые контролируем. Я отвечаю за свои действия, слова, поступки, но не могу точно так же контролировать слова и мысли других людей. Что бы обо мне ни говорилось, пытаться влиять на это бессмысленно.

Фигурное катание - это прежде всего бизнес. Причем во многом основанный на отношениях людей. Чувство зависти в нашем мире никто не отменял, и я вполне отдаю себе отчет в том, что победа, которой мы с Тотьмяниной и Марининым добились в Турине, не прибавила любви ко мне со стороны большинства тренеров во дворце спорта «Юбилейный».

- То есть, соглашаясь взять к себе чужих спортсменов, вы вообще не считали нужным ставить в известность их прежних тренеров?

- С Николаем Великовым я разговаривал. Он прекрасно понимал, что рано или поздно Шестакова и Лебедев все равно ушли бы из группы, и отнесся к переходу нормально. Женщины более эмоциональны, поэтому от Людмилы Великовой мне поначалу пришлось выслушать немало. Сейчас отношения нормализовались. С Павловой поговорить не удалось: все то время, что мы были в Питере, она на катке не появлялась.

Спорт сейчас пошел такой, что тренировать спортсмена с шести лет до олимпийской медали просто нереально. Значит, он вынужден идти от тренера к тренеру получая от каждого определенную долю информации. Это как в альпинизме, где люди идут к вершине с привалами, меняя поклажу, людей, оставляя кого-то в базовых лагерях. У нас все то же самое. Вершина-то далеко.

- Вы с Еленой Валовой всю жизнь катались у Москвиной, не помышляя об уходе. Точно так же об уходе от Москвиной не помышляла ни одна из пар, которые были после вас. Получается, всем вам просто повезло с тренером?

- Тамара Николаевна - по-настоящему великий специалист в парном катании. Знает все нюансы того, как вести спортсмена от определенного уровня к олимпийской медали. Хотя могу сказать вам честно: за те десять лет, что мы с Валовой провели в любительском спорте, были единичные попытки нас переманить. Один раз я даже съездил в Москву посмотрел, что мне предлагают (а предлагалась, помимо нового города и тренера, еще и другая партнерша), взвесил все «за» и «против» и понял, что менять что-то просто неразумно. Надо просто работать, стиснув зубы, и добиваться результата. Тем более что нас с Леной все устраивало. Мы жили дома, тренировались дома, результаты росли - зачем же было куда-то уезжать?

Да и потом, сами вспомните: куда было уходить, если в парном катании на высшем уровне тогда работали всего два специалиста - Москвина в Питере и Жук в Москве?

- И все-таки вы ведь сами сталкивались с ситуацией, когда спортсмен принимает решение уйти. Я имею в виду Викторию Волчкову. Неужели в этот момент не бывает обидно, не хочется удержать?

- Я даже не подписываю контракты со спортсменами, когда начинаю с ними работать. Потому что прекрасно понимаю, что, если человек хочет уйти, его ничем не удержать. Ничем! Жизнь такова, что если пытаться держать, ничего, кроме мизерной зарплаты от федерации, за это не получишь. Только нервы себе вымотаешь. Другое дело, что ты сам должен отдавать себе отчет в том, что спортсменам нужно обеспечивать не только тренировочный процесс и рост результатов, но и «закрывать» какие-то другие стороны жизни. Быть не только тренером, но и наставником - как ни пафосно это звучит. Помогать справляться с проблемами. Тогда никто и никогда от тебя не уйдет.

- Москвина всегда была агентом собственных пар. Вы ведете подобную деятельность по отношению к Тотьмяниной и Маринину?

     - У них есть профессиональный агент в США. Сочетать эту деятельность с тренерской работой тяжело. Москвина начинала осваивать профессию агента с нами, когда мы с Валовой перешли в профессиональный спорт, неплохо ею овладела, но сейчас уже видно, что она не успевает делать все сразу Агентские услуги отнимают массу времени. Это бесконечные телефонные звонки, встречи, поездки... Наверное, я мог бы заниматься и этим. Но зачем же выполнять работу плохо, если есть человек, который делает это хорошо?

 

© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru