Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Фигурное катание - Тренеры
Марина Зуева:
«ОЛИМПИЙСКИЕ ПРОГРАММЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОСОБЕННЫМИ»
Марина Зуева
Фото © Анна Кондакова
на снимке Марина Зуева

Хореографам в фигурном катании обычно отводится второстепенная роль. Хотя все признают: успех фигуриста на Олимпийских играх во многом зависит от правильно сделанной постановки. В этом отношении работа Марины Зуевой уникальна: двукратные олимпийские чемпионы в парном катании Екатерина Гордеева и Сергей Гриньков оба раза побеждали на Играх с ее программами, да и вообще за всю свою карьеру ни разу не обратились к другому постановщику.

В минувший уик-энд на этапе «Гран-при» в Париже Зуева вместе c канадской танцевальной парой Тесса Вирту/Скотт Моир сделала первый шаг к тому, чтобы одержать еще одну олимпийскую победу - в Ванкувере.

ПРАВО НА СУДЬБУ

Два года назад мы разговаривали с Зуевой и ее постоянным партнером по тренерской работе Игорем Шпильбандом на чемпионате мира в Гетеборге. Вирту и Моир стали там вице-чемпионами, но разговор получился не очень веселым: второй дуэт тренерского тандема - серебряные призеры Олимпийских игр в Турине Танит Белбин и Бенджамин Агосто - выступили крайне неудачно, хотя в Гетеборг ехали побеждать. А через некоторое время спортсмены и вовсе заявили тренерам, с которыми работали почти 10 лет, что уходят от них.

С этой темы и началась наша беседа с Мариной в Париже.

- Насколько неожиданным стало для вас решение Белбин и Агосто, которых вы с Игорем, по сути, вырастили?

- Весь последний год нашей совместной работы я чувствовала, что им не по себе. Другие наши пары - Вирту/Моир и Мэрил Дэвис/Чарли Уайт были по сравнению с Танит и Беном совсем молодыми. Здоровыми, веселыми - как щеночки, которые постоянно прыгают вокруг, забегают вперед, пытаются играть, покусывать. Когда такое происходит в группе постоянно, то начинает сильно угнетать тех, кто старше. Мы с Игорем совершенно не ожидали тогда ухода Танит и Бена, но видели, что они мучаются. Пытались помочь, но не очень получалось. К тому же Бена преследовали травмы, болела спина. Конечно, было жаль, что они ушли. Мы были очень привязаны друг к другу.

- Вы не пытались отговорить их от ухода?

- Как можно отговаривать, если люди уже приняли решение? Это их жизнь, их право выбирать, как строить судьбу.

- Но, наверное, вы продолжали с особенным пристрастием следить, как эта судьба складывается у другого тренера?

- На самом деле нет. В прошлом году голова была занята тем, как быстрее подготовить к сезону Тессу Вирту, которая в начале октября перенесла операции сразу на двух ногах. Ни на какие другие мысли меня просто не хватало.

- Я слышала, что операция была не совсем обычной. Что вызвало ее необходимость?

- Когда Тесса проходила очередное медицинское обследование, выяснилось, что при большой работе икроножные мышцы не очень хорошо снабжаются кровью и, соответственно, не обогащаются кислородом. Если говорить в общих чертах, хирургам пришлось надрезать оболочку мышц, чтобы их высвободить.

Главная проблема заключалась в том, что Тесса на какой-то период осталась просто без ног. Это прежде всего тяжело психологически. К тому же мне не хотелось полностью прекращать тренировки. Вот и ломала голову, как построить процесс таким образом, чтобы работа шла по-прежнему эффективно, чтобы нагрузки не тормозили процесс восстановления.

Пришлось прочитать кучу литературы. Каждую неделю мы встречались с врачами, обсуждали ход лечения, в общем - держали ситуацию под контролем. Плюс к этому ноги нужно было тренировать уже иначе - после операции мышцы стали работать в совершенно другом режиме, появились иные ощущения.

Конечно, было потеряно много времени. Мы не делали секрета из того, что за весь прошлый сезон у Тессы и Скотта получилось всего пять полных прокатов произвольной программы. Причем четыре из них были сделаны на соревнованиях. Но я была абсолютно довольна, что «без ног» и практически без подготовки ребята сумели стать третьими на чемпионате мира.

- Когда Тесса и Скотт только появились в вашей с Игорем группе, было заметно, что вы относитесь к ним по-особому. Может быть, потому, что Тесса внешне очень похожа на Катю Гордееву, с которой вы работали много лет?

- Дело не в этом. Мне просто нравятся их взаимоотношения на льду. Их контакт. Столь особенная «химия» между партнерами редко встречается в фигурном катании. У Гордеевой с Гриньковым, кстати, она тоже была. Когда-то, начиная с ними работать, я сразу обратила внимание, что как ни поставлю их на льду, всегда получается красиво. Наверное, они сами это чувствовали. Не зря же вернулись ко мне перед Играми в Лиллехаммере, хотя до этого мы три года не работали вместе.

- Знаю, что Гордеева и Гриньков обращались тогда ко многим специалистам, включая Татьяну Тарасову.

- Это так. Но в итоге пришли ко мне. Поставить олимпийскую программу не такое простое дело.

СЕЗОН БОЛЬШИХ НАДЕЖД

- Вы согласны с тем, что олимпийские программы должны быть особенными?

- Конечно. Хотя бы потому, что Игры проводятся раз в четыре года. Смотрите сами: те же Вирту и Моир умеют танцевать все - модерн, народные танцы, характерные. Но лучше всего им удается драматическая романтика. Не случайно программа «Шербурские зонтики», с которой ребята вышли на чемпионат мира в 2008-м, была воспринята с таким восторгом.

Для того чтобы в этом сезоне наиболее выигрышно представить Тессу и Скотта зрителям и судьям, я в прошлом году сделала произвольный танец на музыку Pink Floyd. Это был совершенно неожиданный ход. Другими словами, уже год назад готовила почву под программы олимпийского года. С тем, чтобы они воспринимались максимально мощно.

- Цель?

- Выиграть Олимпийские игры, естественно.

- Означают ли ваши слова, что Мэрил Дэвис и Чарли Уайту в вашей группе отведена роль второго плана?

- Нет. Мы готовим на высший уровень и эту пару тоже. Но Мэрил и Чарли совершенно другие. Иметь в одной группе два таких дуэта - большое счастье для тренера. Самая сильная сторона Тессы и Скотта заключается в умении передать зрителям свое отношение к музыке, саму ее душу до такой степени, что люди начинают любить эту музыку, слушать ее дома. А Чарли и Мэрил - это вихрь, мощь, страсть. Обе пары катаются вместе много лет, в них сильно чувствуется единение на льду.

Когда я впервые увидела Дэвис и Уайта, меня поразила партнерша. Она была очень маленькой, тоже совершенно необыкновенно умела выражать музыку, но на это никто не обращал внимания. И я загорелась целью показать, что эти спортсмены могут не только носиться по льду, но что у них есть душа. Запись «Самсон и Далила», с которой Чарли и Мэрил выступали в прошлом году, лежала у меня семь лет. Не было исполнителей. А потом Мэрил подросла.

- Запасливый вы человек...

- Перед Играми в Лиллехаммере для Гордеевой и Гринькова у меня было припасено целых пять программ. После того как в 1990-м они решили уйти из любительского спорта в шоу, я и думать не думала, что они когда-либо вернутся обратно. Но музыку зачем-то откладывала. И когда они действительно вернулись, проблема была одна: сделать правильный выбор.

- В чем заключается правильность выбора, когда хореограф берет такое известное и, я даже сказала бы, «заезженное» произведение, как «Призрак оперы», как вы сделали в этом году для Дэвис и Уайта?

- Я рассуждала просто. В «Призраке» вообще нет «пустых» фрагментов, которые не доходили бы до слушателя. Недаром постановка на Бродвее побила все рекорды посещаемости. Билеты на этот спектакль в Нью-Йорке всегда распроданы. Причем уже не важно, какой состав играет. Люди идут и идут.

К тому же для Чарли эта музыка очень близка. Он рассказывал мне, что впервые посмотрел «Призрака» в шесть лет, и это произвело на него такое впечатление, что он попытался сам исполнять дома некоторые сцены. Даже нашел маску. Когда фигурист так относится к музыке, это нельзя сбрасывать со счетов.

Кстати, программы для Уайта я делала еще когда он катался в юниорах как одиночник. И очень гордилась тем, что после трагичных Игр в Солт-Лейк-Сити, когда была введена новая система судейства, Чарли стал первым из всех американских фигуристов, кто получил четвертый уровень сложности за шаги.

- Почему вы считаете те Игры трагичными?

- А как можно относиться к Играм, где неизвестно по какой причине вручают два комплекта медалей, как это было сделано по отношению к Елене Бережной/Антону Сихарулидзе и Джеми Сале/Давиду Пеллетье?

- Считаете, что победить должны были канадцы?

- Не знаю. Это вообще не мой вопрос. Более того, я до сих пор не могу сказать, кто на тех Играх лучше катался. Мне очень понравились обе пары. Но я точно знаю, что двух комплектов золотых медалей на Олимпийских играх быть не должно. Ни при каком раскладе.

ОЛИМПИЙСКИЙ КИЛОМЕТРАЖ

- Каким образом вам со Шпильбандом удается распределять время и внимание между своими спортсменами, чтобы никто не чувствовал себя обделенным?

- Их время четко расписано между нами. Игорь отвечает за техническую часть, причем работа над программами и над техникой с каждой парой идет на отдельных занятиях. Я слишком давно привыкла к тому, что понятие «персональный урок» в Америке - святое. Весь день у наших спортсменов расписан по часам. Занятия с Игорем, отдых, занятия со мной, снова отдых, балет... Это расписание я составляю на неделю вперед. На все 12 пар, что у нас катаются. Такая «сетка» очень удобна, и дети ее просто обожают. Наверное, им нравится видеть, что так много разных людей с ними занимается. Акробаты, которые отрабатывают поддержки, видеооператор, балерина...

Составить такое расписание - сложная дело, которое отнимает у меня 2 - 3 часа каждую субботу. Зато потом все четко и понятно. Все-таки работать, когда у тебя 12 пар, довольно сложно.

- Не устаете от такого количества спортсменов?

- Нет. Другое дело, что приходится начинать работу в 6 утра, а просыпаться в 4.15. Одна из наших пар учится в школе в утреннюю смену, и ребята попросили нас найти возможность тренировать их до начала школьных занятий. Вот я и решила проводить с ними в это время свои уроки. После этого Игорь стал шутить, что дисциплину в его группе можно мерить в «Маринах».

- Неужели не случалось, что просыпаетесь утром и не хочется идти на работу?

- Никогда.

- Как вам пришла в голову идея столь необычных поддержек, которые исполняют Вирту и Моир?

- Я постоянно изучаю историю фигурного катания, цирка, балета. В этом отношении мне повезло: в свое время я довольно много работала со Станиславом Жуком. Он постоянно был в поиске. Брал идеи отовсюду. Помню, как Жук ходил в гимнастический зал - смотреть, как тренируются гимнасты. В зале борьбы брал на вооружение какие-то упражнения, которые развивают определенные группы мышц. Жук, собственно, и научил меня не замыкаться в узких рамках, а смотреть по сторонам. Вот я и смотрю. Не считаю зазорным использовать чужой опыт.

А с Тессой и Скоттом получилось так: когда они катались на юниорском уровне, разница в росте и весе между ними была невелика. Технически ребята уже тогда были сильнее взрослой канадской пары Мари-Франс Дюбрей/Патрис Лозон. А вот поднять Тессу Скотт не мог. То есть какие-то поддержки мы делали, но это было очень примитивно.

Именно тогда я и сказала, что если довести уровень поддержек до максимально возможной сложности, то Вирту/Моир победят кого угодно. И они начали работать.

Первым делом пригласила тренера по гимнастике, который дал Тессе и Скотту самую начальную акробатическую подготовку, начиная с простых кувырков. Ребята научились стоять на руках, то есть получили те навыки, которые не очень характерны для фигурного катания в принципе. Все это привело к тому, что Тесса и Скотт стали прекрасно чувствовать собственное тело, у них улучшилась координация, чувство равновесия.

Сами трюки я брала из балета, цирка, парного катания. Просмотрела великое множество спектаклей, балетных журналов. Старалась добиться, чтобы наши поддержки были не просто поддержками, но чтобы в них чувствовалось настроение. И чтобы при этом они не были слишком опасными.

Одна из поддержек - та, что стоит в начале произвольного танца, - вызывала у меня поначалу большие сомнения, но Тессе и Скотту она настолько понравилась, что они загорелись желанием ее выучить. И выучили. После чего я поняла, что ничего невозможного для этих спортсменов нет.

- Вас удовлетворяет готовность пары к сезону?

- Я бы сказала, что нам не хватает «километража». Но мы его наберем. Просто нужно время.

ВЕЧНЫЕ ЦЕННОСТИ

- Вы достаточно рано обнародовали в этом сезоне музыку своих программ и постановки, хотя многие танцевальные тренеры стараются до последнего держать это в секрете. Сделали это намеренно?

- А как же! После того как завершился прошлый сезон, меня постоянно спрашивали, как обстоит дело с ногами у Тессы. Что бы я ни говорила по этому поводу, все равно мне не поверили бы. И продолжали бы говорить, что Тесса и Скотт проиграли чемпионат мира, потому что у партнерши слабые ноги. Они и были слабыми - по объективной причине. И у судей наверняка осталось именно такое ощущение.

Я понимала: чем дольше мы будем скрывать от публики свою подготовку, тем шире распространится мнение, что ребята не готовы к тому, чтобы бороться за победу в Ванкувере. Вот чтобы этого не произошло, нужно было показать, что у нас все в порядке.

Первый раз мы показали произвольный танец уже 17 августа. И сразу пошли хорошие отзывы. Вплоть до того, что, когда мы приехали на следующий турнир, к нам подходили самые разные люди и поздравляли с хорошей постановкой, хотя ее еще не видели. Другими словами, ребята остались в обойме, хотя в иной ситуации легко могли бы из нее выпасть. То есть первая задача была выполнена.

- Вам помогает ваш олимпийский опыт?

- Конечно. Победа всегда добавляет уверенности. Узнаешь что-то такое, о чем не догадывался раньше. Не так давно мне пришло в голову, что я, наверное, хороший тренер. Все мои спортсмены выступают, как правило, удачно. Мне кажется, что это происходит в том случае, если их правильно тренируешь. И уверенность они от тренера берут, и любовь.

- Что, с вашей точки зрения, спортсмены должны знать про Олимпийские игры, чтобы выступать там успешно?

- Им ничего не нужно об этом знать. Надо выходить на лед и кататься так, как на тренировке. Не делать никаких отличий. Знать должен тренер. Его главная задача на Играх заключается в том, чтобы оградить спортсменов от стресса. Максимально его снять. Тем более что напряжение на Играх искусственно нагнетается.

- Кстати, Тесса и Скотт не теряют голову от такого всепоглощающего внимания к себе со стороны канадских болельщиков?

- Это внимание окружает их уже достаточно давно - еще с тех времен, когда они выступали на юниорских соревнованиях. Естественно, сейчас популярность больше. Но с головой у ребят все в порядке. Они ценят внимание, с удовольствием встречаются с поклонниками. Их очень любят. Почему должно быть иначе, если в те минуты, что ребята катаются, они дарят ощущение счастья огромному числу людей? Мое творческое кредо заключается в том же самом, как бы пафосно это ни звучало. Дарить людям счастье.

- И стремиться к победе?

- Знаете, что я сказала ребятам, когда мы начали работать над программами? Что по спортивной части мы с Игорем их подготовим. А вот по части хореографии очень важно застолбить свою территорию. Для Вирту и Моира это означает передать зрителям чувство любви, восторга от общения друг с другом. Чтобы каждая женщина в зале мечтала оказаться на месте Тессы. Чтобы на нее так смотрели, так ее обнимали. А задача Чарли и Мэрил - взбудоражить публику, вызвать ураган страстей.

- Бьете на вечные ценности и человеческие инстинкты?

- Не бью. Но это и вправду важно. Я хочу, чтобы по части выразительности моим спортсменам не было равных.

- Я все про вас поняла: вы настолько морочите голову своим ученикам драматическими замыслами, что им просто некогда нервничать на льду. Вот и выступают хорошо.

- А знаете, возможно, вы правы.

2009 год

© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru