Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Фигурное катание - Спортсмены
Брайан Жубер: ВОИН-ОДИНОЧКА
Брайан Жубер
Фото © Александр Вильф
на снимке Брайан Жубер

Если бы мне предложили охарактеризовать Брайана Жубера одним словом, я бы сказала коротко: боец. И наверное сразу подумала бы о том, что эти четыре буквы не передают сути в чем-то очень трепетного и романтичного воина-одиночки, вот уже много лет отстаивающего право быть самим собой и быть первым, неизменно оставаясь мужчиной там, где мужские качества как-то незаметно отступили на второй план. В одиночном катании.

За 21 год, проведенный на льду из своих двадцати пяти Брайан (он предпочитает французскому Бриан именно такое произношение имени) сумел трижды стать чемпионом Европы и один раз – чемпионом мира. Правда еще в 2003-м – после первого триумфа Жубера на европейском первенстве в Мальме, где фигурист завоевал серебряную медаль, - его поклонники были близки к панике: в октябре Брайан, не особенно распространяясь о причинах, расстался со своим тренером Вероник Гийон.

Возможно, спортсмена убедили в том, что Гийон – не бог весть какой опытный наставник. В свое время она считалась талантливой и перспективной фигуристкой, в 12-летнем возрасте попала в основную сборную своей страны и даже выступила на чемпионате Европы. Но вскоре получила настолько тяжелую травму позвоночника, что вообще долгое время было неясно, сможет ли она самостоятельно передвигаться. В итоге Гийон оправилась от травмы, но ни о каком продолжении спортивной карьеры речи уже не шло. И француженка начала тренировать детей в Пуатье, где в 1988-м в ее группе появился Жубер.

* * *

В фигурном катании Брайан оказался лишь потому, что его, четырехлетнего малыша, вместе со старшими сестрами привела на каток мать. Попытки подрастающего парнишки улизнуть в хоккейную секцию пресекались на корню. Но после того, как он дорос до изучения первых прыжков, речь о хоккее уже не шла: Брайан инстинктивно понял, что именно это – его настоящая стихия. Не случайно, наверное, с появлением француза на взрослом льду специалисты отметили, что одна из наиболее привлекательных черт его катания заключается в кошачьей, внешне ленивой манере скольжения. И внезапной взрывной силе прыжка.

Переход фигуриста от Гийон к Лорану Дюпуи на первых порах дал неплохой результат. После того, как Жубер стал чемпионом Европы-2004, его нового наставника начали превозносить по поводу и без. Но тем же летом Брайан на три месяца уехал в американский Симсбери, в тренировочный лагерь Татьяны Тарасовой для постановки новых соревновательных и показательных программ и отработки их со своим новым консультантом – олимпийским чемпионом Солт-Лейк-Сити Алексеем Ягудиным.

Возможно, именно это переменило отношение к Жуберу его постоянного тренера. Дюпуи почти перестал появляться на тренировках, явно тяготился работой. Заскучал и Жубер. Те, кто имел возможность наблюдать за ним дома, отмечали, что спортсмен был подавлен и якобы вообще подумывал о том, чтобы сняться с очередного чемпионата Европы, который должен был проходить в Турине.

Тогда фигуристу очень помогла журналистка L’Equipe Селин Лонгевр. Встретившись с Брайаном и его мамой в Пуатье в канун Рождества, она ужаснулась тому, в каком душевном состоянии пребывает чемпион Европы, и написала предельно жесткую статью суть которой сводилась к тому, что, если французская федерация фигурного катания считает возможным бездействовать, необходимо решать вопрос на уровне министра спорта страны.

Не знаю, до какой степени и кто именно испугался, но уже на следующий день после выхода материала стало известно, что президент федерации Дидье Гайаге экстренно связался с Вероник Гийон и та дала согласие вновь начать работу с Жубером.

Далее все стало меняться как по мановению волшебной палочки. Брайан загорелся жаждой тренировок, в его катание вернулся прежний азарт. Уже приехав в Турин, он сказал: «Чем лучше я начну выступления в Турине, тем больше вероятность того, что Евгений Плющенко занервничает. Насколько могу судить, он не любит слишком жесткой конкуренции».

Уже тогда Брайан был сфокусирован лишь на одном сопернике – Плющенко. Он не был оригинален: весь мир тогда считал российского фигуриста однозначным фаворитом Олимпийских игр-2006. Просто Жубер был едва ли не единственным, кто собирался у Плющенко выиграть и не скрывал этого.

Но проиграл. Сначала в Турине-2005, затем на мировом первенстве в Москве. Там француз провалился сокрушительно: результат произвольной программы в его исполнении стал 13-м.

* * *

В попытках разобраться в причинах неудачи и устранить их Жубер вновь пошел знакомым ему путем – поменял тренера.  Новым наставником стал неизвестный в кругах фигурного катания специалист Андрей Березинцев. Он впервые появился  рядом с Брайаном осенью 2005-го на турнире «Гран-при» в Париже и сам рассказывал:

- С Брайаном мы знакомы с того времени, когда он был совсем маленьким. Случалось, я даже выводил его на соревнованиях, когда его тренер по каким-то причинам не могла приехать с ним вместе. Следил за успехами Жубера, мы часто общались. Но все равно его просьба о помощи застала меня врасплох. Мы вместе были на тренировочных сборах, когда Жубер сообщил, что расстался с тренером и спросил, не соглашусь ли я с ним поработать. А неделю спустя позвонил и сказал, что хочет стать олимпийским чемпионом и готов ради этого тренироваться столько, сколько понадобится. Попросил помочь ему в этом. Его слова произвели на меня большое впечатление. Я понимал, конечно, что брать чемпиона Европы – большая ответственность, но не колебался. Всей семьей мы переехали в Пуатье, где живет Брайан, и с тех пор работаем вместе.

Березинцев говорил о своем удовлетворении проделанной работой, отмечал определенный прогресс, подчеркивал, что его задача – выиграть в олимпийском Турине и, похоже, не задумывался о том, что сотрудничество с ним, как и с куда более опытными предшественниками, станет для Жубера всего лишь небольшим штрихом в спортивной биографии. Именно так все и получилось. После неудачи на Играх, где Жубер остался шестым, участь тренера в общем-то была предрешена.

Хотя концовка олимпийского сезона получилась тогда вполне достойной. На чемпионате мира вКалгари Брайан стал вторым, уступив швейцарцу Стефану Ламбьелю, однако применительно к его выступлению меньше всего годилось слово «проиграл»: борьба была равной и невероятно красивой.

А летом рядом с Жубером появился Жан-Кристоф Симон. Очень спокойный и здравомыслящий человек, прекрасно знающий фигурное катание и психологию большого спорта. В самом начале 1980-х Симон успешно выступал, как одиночник, дважды подряд становился вице-чемпионом Европы. Ему не было нужды лстить Брайану, убеждая в том, чего нет.  Даже самый первый тренерский комментарий после феноменального выступления Жубера на этапе «Гран-при» в Москве осенью 2006-го, где фигурист блистательно выполнил в произвольной программе три четверных прыжка, прозвучал в устах тренера крайне буднично: «Дело не в количестве четверных. Меня гораздо больше порадовало то, как Брайан выполнил программу в целом. Он сделал все, что мы планировали на этом этапе подготовки. Хотя должен заметить, что все это он был способен делать еще два года назад».

С реакцией самого Жубера спокойствие тренера соотносилось мало. На тех, по большому счету ничего не значащих соревнованиях, стало понятно, насколько сильно фигурист истосковался по успеху. Едва закончив кататься, он упал на лед и стал исступленно его целовать. Чтобы выиграть турнир, спортсмену было совершенно не обязательно исполнять даже два прыжка в четыре оборота: Жубер катался последним и не мог не понимать, что и малой кровью без труда добьется победы. Он прыгнул три. Причем третий четверной был выполнен за полторы минуты до конца выступления.

Формально это не могло считаться рекордом. Три таких прыжка первым включил в свою программу американец Тимоти Гейбл еще до Игр в Солт-Лейк-Сити. Но тогда требования к фигуристам были другими. Можно было сосредоточиться только на прыжках, не думая ни о чем другом. Жубер же своим прокатом установил для мужского катания принципиально иной уровень.

Это вообще нельзя было назвать соревнованием – только моральным убийством даже тех соперников, которые не участвовали в российском турнире. Этаким виртуальным приветом.

 - Я хотел прыгнуть три четверных именно в Москве, - признался тогда фигурист. – Потому что целый год вспоминал этот город как место, где меня постигла одна из самых обидных неудач. И когда сделал третий четверной, испытал такой восторг, что с большим трудом заставил себя докатать программу до конца.

Дело было не только в отдельно взятой победе. Чемпион Европы-2004 на самом деле очень изменился за год, проведенный с Симоном. Не внешне, хотя его новая произвольная программа, ставить которую помогал четырехкратный чемпион мира Курт Браунинг, получилась очень удачной, подходящей Жуберу по стилю и настроению. Скорее сказалось то, что крайне неудачный для француза (с его-то амбициями!) сезон заставил фигуриста очень много думать и, соответственно, повзрослеть.

Спустя полтора месяца Брайан стал победителем финала «Гран-при».

Этим соревнованиям предшествовал особенный случай: во время национального чемпионата в Париже посмотреть на фигуриста пришел легендарный Ален Жилетти.

Он сам позвонил Брайану накануне выступления. В самом звонке ничего необычного не было: великий экс-фигурист, пять раз становившийся чемпионом Европы в середине 50-х, к тому времени вот уже несколько лет готовил и точил Жуберу коньки. Но на катке во время соревнований принципиально ни разу не появлялся с тех самых пор, как завершил кратковременную тренерскую работу с Сюрией Бонали.
Когда Жубер увидел великого экс-фигуриста в зале, он заплакал – измотанные борьбой нервы не сумели выдержать дополнительного потрясения.

Интервью с фигуристом после его победы в финале «Гран-при» в Санкт-Петербурге завершилось комично. После Игр в Турине Жубер дал себе зарок: никогда больше не говорить вслух о том, что его цель – стать чемпионом.

Это вовсе не помешало журналистам задать стандартный вопрос: на что рассчитывает спортсмен в очередном сезоне? «Не скажу, - насупился Брайан. – И не просите, все равно не буду отвечать. Вы же сами знаете ответ. А тем, кто не знает, могу разве что сообщить, что цифры 2, 3 и 4 не нравятся мне в принципе».

Завершился тогда сезон не менее триумфально: Жубер выиграл и чемпионат Европы в Варшаве, и чемпионат мира в Токио.

* * *

Одним из самых больших достоинств француза стало, пожалуй, то, что он сумел вписаться в новую систему судейства, отнюдь не поощрявшую сверхсложные прыжки. Отказаться от них значило бы попросту предать все то, что заключалось для Жубера в словах «фигурное катание». Не зря его кумиром всегда был Алексей Ягудин – мощный, мужественный, умеющий драться за победу, как никакой другой спортсмен в мире. Постоянное стремление Алексея «прыгнуть выше головы» обернулось в итоге не очень радостно: из-за накопившихся травм он был вынужден лечь на операцию по замене тазобедренного сустава и закончить карьеру в большом спорте.  Попытки Брайана во взрослом возрасте приспособиться к новым требованиям тоже обернулись травмами. Накануне очередного сезона он довольно долго лечил спину, потом заболел, не успел подготовиться к чемпионату Европы, и хоть стал третьим, было видно, насколько ему тяжело.

Чемпионат мира-2008 в Гетеборге стал еще большим ударом. Брайану до нелепости обидно не повезло в короткой программе. С его результата были сняты два балла: первый – за падение, второй – за неправильное музыкальное сопровождение. Как выяснилось позже, второй штраф был присужден за то, что в аранжировке присутствует запрещенный правилами одиночного катания вокал. Непонятно было только, почему это выяснилось не в начале сезона, а в последнем, самом ответственном старте.

В произвольной программе Жубер выглядел достаточно мощно и уверенно. У него получались даже вращения, о которых Брайан сказал как-то, что искренне их ненавидит, и они отвечают ему взаимностью. Но чемпионом стал канадец Джеффри Баттл. Маленький, простоватый, совсем вроде бы не харизматичный, но очень танцевальный мальчик, которому редко удавалось кататься без ошибок.

В Гетеборге Баттл взял качеством катания и... грамотной постановкой. За каскад из тройного акселя и двойных тулупа и риттбергера он получил больше, чем Жубер за свой безукоризненный четверной. Пять из восьми прыжков были исполнены канадцем во второй половине программы и принесли спортсмену дополнительные бонусы. Вращения – четвертого уровня сложности. Шаги – третьего. И ни одной, даже малюсенькой помарки.

Сам факт, что золото досталось спортсмену, не умеющему исполнять прыжки в четыре оборота, выглядел ошеломляюще нереальным. И дело не только в правилах. Но и в том, что под сомнение было поставлено само понятие мужского катания. Зачем уродоваться, прыгая четверные, если все усилия могут быть влегкую перечеркнуты изяществом шагов и вращений?

Точно так же, без четверных, был выигран чемпионат мира-2009. Чемпионом стал американец Эван Лайсачек, а Жубер получил бронзу. И... в который раз сменил тренера – вернулся к Лорану Дюпуи.

* * *

Стало ли это решение проявлением силы, уверенности выросшего из ученика Мастера, который более не нуждается во властной руке? Скорее нет, чем да. В интервью все той же Селин Лонгевр фигурист хоть и не напрямую, но дал понять, что просто устал от работы с Симоном. Устал подчиняться и внутренне страдал, считая, что тренер начинает его подавлять.

Ничего удивительного в этом не было. Просто Жан-Кистоф оказался ничуть не менее сильной личностью, чем сам Жубер. Нашла коса на камень.

- Я собираюсь подготовиться к сезону так, чтобы выиграть все без исключения соревнования, - сказал Жубер. Но проиграл первый же старт – этап «Гран-при» в Париже.

Чемпион мира в танцах на льду Максим Ставиский, который вместе с супругой и партнершей Албеной Денковой помогал Брайану ставить произвольную программу, выглядел изрядно раздасадованным. Сказал даже: мол, теперь будет настаивать, чтобы его подопечный тренировался так, как привыкли танцоры. То есть катать произвольную программу целиком на каждой тренировке.

Ставиского моьжно было понять: на тренировках Жубер прекрасно справлялся со всеми элементами. Но – по отдельности. Так ему казалось более правильным и удобным. А вот на соревнованиях, безуспешно гоняясь за четврными прыжками, которые никак не хотели получаться, вынужденно принес в жертву одно из вращений, да и прочие, непрыжковые части композиции оказались смазаными. Одним словом, бесславно провалился, финишировав четвертым.

Второй из своих этапов Брайан выиграл, но две недели спустя получил крайне неприятную травму – пробил себе ногу лезвием конька.

Точно такая же беда в свое время произошла с Ильей Куликом. Он пробил ногу незадолго до Игр в Нагано, но даже это не помешало ему стать олимпийским чемпионом. Сумеет ли сделать это Жубер? Сейчас можно утверждать лишь одно: он будет очень стараться. Ведь сам сказал, проиграв в Париже, что думает об Играх постоянно. Каждый день. Каждую минуту. Даже когда вроде бы не вспоминает о них...

2010 год


© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru