Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Фигурное катание - Спортсмены
Яна Хохлова, Сергей Новицкий:
«
В АТЕЛЬЕ ЗАЙЦЕВА К НАМ ПОДОШЛИ, КАК К МОДЕЛЯМ»
Яна Хохлова и Сергей Новицкий
Фото © Александр Вильф
на снимке Яна Хохлова и Сергей Новицкий

Планировалось, что интервью с бронзовыми призерами чемпионата мира Хохловой и Новицким будет максимально актуальным, ведь именно в эти дни в корейском Гоянг-Сити проходит финал «Гран-при». Увы, вчера в Корее случилось ЧП: российская танцевальная пара была вынуждена экстренно сняться с соревнований из-за тяжелого пищевого отравления партнера.

В январе 2006 года Хохлова и Новицкий дебютировали на взрослом чемпионате Европы и сразу вошли в десятку сильнейших дуэтов континента. А всего через два года стали бронзовыми призерами чемпионата мира. Тогда же родилась интрига следующего сезона: какая из двух российских танцевальных пар будет признана лучшей в очной борьбе за год до Олимпиады в Ванкувере.    

 Чемпионат мира-2008, который проходил в Гетеборге, получился для Хохловой и Новицкого непростым: после того как от участия в нем были вынуждены отказаться из-за травмы чемпионы Европы Оксана Домнина и Максим Шабалин, второй дуэт страны автоматически стал первым. То есть оказался под сумасшедшим психологическим прессом. Но вернулся из Швеции с медалью. Бронзовой.

В этом сезоне жребий «Гран-при» свел оба сильнейших российских дуэта на одних и тех же турнирах - в Китае и Москве. И интрига завязалась с новой силой.

Первый старт Хохлова и Новицкий проиграли. Зато второй выиграли безоговорочно, сами не ожидая этого.

Разговору с фигуристами незадолго до их отъезда на финал «Гран-при» в Корею предшествовала беседа с их тренерами - Александром Свининым и Ириной Жук. В голове почему-то крутилась встреча двухлетней давности. В танцевальных кругах тогда вовсю муссировалось мнение, что для серьезных результатов Хохловой и Новицкому не хватает роста, а их наставникам - опыта, да и сам Александр тогда сказал: «Пока мы не ставим перед собой цели выиграть у первой пары».

БРИГАДНЫЙ ПОДРЯД

На первый же мой вопрос - об участии в подготовке Хохловой и Новицкого выдающегося специалиста Татьяны Тарасовой - Свинин неожиданно отреагировал едва заметным внутренним протестом:

- После победы Яны и Сергея в Москве мне уже довелось услышать, что нам Тарасова чуть ли не все постановки сделала. Поэтому я сразу хотел бы внести ясность: все программы мы с Ирой ставили в этом сезоне сами. Другое дело, что помощь Татьяны Анатольевны трудно переоценить. Она очень внимательно следила за тем, как мы работаем, приходила на каток, делала какие-то замечания. За это мы ей очень благодарны.

- Мне приходилось неоднократно слышать мнение, что помощь маститого специалиста в некоторой степени опасна, поскольку всегда велика вероятность, что спортсмены захотят консультироваться у него на постоянной основе. А тренеры соответственно отодвинутся на второй план.

- От этого в нашей профессии никто не застрахован. Те же Домнина и Шабалин никогда ранее не консультировались у Натальи Линичук, но это не помешало им уйти к ней летом от Алексея Горшкова. Что же касается Тарасовой, мы очень внимательно прислушиваемся к тому, что она говорит. У нее хороший, наметанный глаз. И незамыленный, что немаловажно. Каждый раз, когда она приходит на тренировки, говорит очень интересные вещи.

- Например?

Жук: - Начало произвольной программы мы переделывали раз пять. Привязались к одной поддержке, которая казалась нам наиболее удачной, и хотели начать программу именно с нее. Но Татьяна отмела идею сразу, сказав, что это неправильно, неинтересно и вообще скопировано с программы прошлого года. Она еще тогда, в конце сезона предупредила: «Теперь вы не имеете права сделать произвольную программу хуже, чем была. Не имеете права делать старые элементы и связки». И мы пошли на все ее пожелания. Я очень хорошо чувствую Тарасову - все-таки много лет и в спорте у нее каталась, и потом - в театре. Бывает, что ее замечания «встряхивают» нас довольно сильно, но все это в итоге идет на пользу.

Свинин: - Менять постановку, когда она уже сделана, всегда сложно. Когда Тарасова сказала об этом, добавив, что музыку тоже хорошо бы поменять, со мной был шок. Я столько с этой музыкой возился, вычистил все, вылизал - и снова ломать? Сначала отказался наотрез. Но слова Тарасовой в голове застряли. В итоге мы нашли ту же самую музыку, но в другом исполнении. И она абсолютно точно «легла» в программу.

- Наверное, ужасно тяжело работать с таким авторитарным человеком?

- На самом деле нет. Тарасова никогда не пытается давить. Просто смотрит программу и как бы размышляет вслух: «Тут хорошо, здесь - тоже. А вот над этим я бы немного подумала..» Вот мы и задумываемся. Татьяна сама как-то призналась, что не испытывала никакого удовольствия, когда сама постоянно тренировала и была вынуждена переделывать программы своих спортсменов в соответствии с пожеланиями судей. Да и я прекрасно помню, как ненавидел все эти переделки, когда катался сам. Но тут уж никуда не денешься.

- Перед московским этапом «Гран-при» вы хотя бы теоретически допускали столь ошеломляющий успех?

Жук: Мы очень хотели выиграть хотя бы один танец. Неважно какой - оригинальный или произвольный. Но чтобы весь турнир...

- А какую цель преследовали, подключая к работе с Хохловой и Новицким столько людей? Тарасову, Вячеслава Зайцева, стилистов?

- Цель была проста: выделиться из общего ряда, обратить на себя внимание. Правила сейчас таковы, что выделиться вообще очень сложно. Многие технические элементы у танцоров одинаковы. Какая-то выдающаяся постановка - редкость. Нам было неимоверно тяжело ставить произвольный танец после прошлогодней «Ночи на Лысой горе». Нужно было во чтобы то ни стало показать ребят другими. И радует, что это получилось. Хотя даже в Москве они не откатали новую программу так, как могут. На тренировках все получается более размашисто. Но кататься под прессом жесткого соперничества всегда тяжелее. Если вернуться к выступлению в Москве, меня больше всего порадовала техническая оценка Яны и Сергея в оригинальном танце - еще ни одна пара не получала за технику столь высокие баллы.

- Реакция публики на костюмы, которые Зайцев предложил вашим фигуристам для оригинального танца, не смутила?

Свинин: Когда я увидел цветовую гамму, то, признаться честно, испытал шок - не был готов к столь неожиданным сочетаниям. А вот когда костюмы были уже готовы и мы опробовали их на льду, я изменил свое мнение. Они получились провокационными, что ли. Слишком необычными.

Жук: - Мы были готовы к такой реакции. Намеренно шли на такой шаг. Хотя до сих пор мнения по этому поводу очень неоднозначны.

Свинин: - Я, например, обратил внимание на то, что, когда перед оригинальным танцем Яна и Сергей выходят на лед в разминке, все внимание переключается на них, словно других пар вообще нет на льду.

ПОБЕДА В РАБОЧЕМ РЕЖИМЕ

Закончив тренировку, Хохлова и Новицкий не торопились покидать раздевалку. Пояснили: «Сначала поговорим с вами, а потом нужно кое-что отработать в зале».

- Во всех интервью, которые были опубликованы после московского этапа, чувствовался ваш неподдельный восторг по поводу того, что вы впервые в жизни обошли в очной борьбе Домнину и Шабалина. Вы отдаете себе отчет в том, что на самом деле победа на данном этапе не значит ровным счетом ничего?

Новицкий: - Скорее всего, вы правы. Выиграна промежуточная битва, но никак не война.

Хохлова: - Конечно, мы прекрасно понимаем, что уже на следующем турнире все может повернуться иначе. Для этого сейчас и работаем. Чтобы у специалистов не возникало никаких вопросов. Любой сорванный элемент сразу дает большой «минус». Вот мы и пытаемся добиться того, чтобы безошибочно исполнять программу в любом состоянии.

- При новой системе судейства зрителю зачастую непонятно, за счет чего выигрывают одни и проигрывают другие. Над чем особенно тщательно работаете сейчас вы?

Хохлова: - Прежде всего - над комбинациями шагов. Например, наша круговая дорожка на двух турнирах подряд была оценена вторым уровнем сложности. Значит, судьям что-то в ней непонятно. Вот мы и переделали шаги. Возможно, сама дорожка станет чуть медленнее, но это даст возможность как следует показать все дуги.

Новицкий: - На первом этапе «Гран-при» Skate America Кате Рублевой и Ване Шеферу с которыми мы тренируемся в одной группе, дали четвертый уровень сложности за «диагональ». А вот двумя неделями позже - во Франции - та же самая дорожка на четвертый уровень не «потянула». Мы вообще стараемся следить за всеми выступлениями, благо интернет и телевизионные трансляции это позволяют. Стараемся быть в курсе всего, что в нашем виде происходит. Интересно ведь. Да и польза немалая: если какому-либо дуэту высокую оценку поставили, мы сразу смотрим - за что именно? Смотрим, на что равняться, прислушиваемся к пожеланиям судей.

Хохлова: - Мы работаем еще и над поддержками, разбираем их «по косточкам», чтобы четко укладываться в отведенные правилами временные рамки - шесть секунд. Постоянно дорабатываем вращения. Это касается и скорости, и четкости при смене положений.

- Каким образом удается помнить программу при том, что вы постоянно вносите в нее изменения? Ведь те же дорожки - это довольно большой набор самых разнообразных шагов.

Новицкий: - Нам не привыкать. Мы всегда что-то переделываем. После каждого старта.

ОБРАЗ - ЭТО НЕПРОСТО

- Среди тех дуэтов, которые принято называть в числе ваших конкурентов, есть такой, к которому вы относились бы иначе, чем к остальным? Может быть, особенно сильно хотите обыграть или просто обращаете на него больше внимания, ждете сюрпризов?

Хохлова: - Я очень уважительно отношусь к Изабель Делобель и Оливье Шонфельдеру. Дело не в том, что они - чемпионы мира. У них есть свой стиль. Мне нравится, что они каждый год меняют образы, что само по себе не так просто. Это и есть настоящий профессионализм, как мне кажется.

В прошлом сезоне французы заявили, что добились всего, о чем мечтали, и станут теперь кататься только для себя и для зрителей. Они так и катаются. Бросается в глаза, насколько стали раскованнее. Правда, есть и другой аспект: они стали довольно часто выходить за рамки правил. Судьи иногда замечают это, иногда нет. И прощают многое. Например, когда Делобель и Шонфельдер выступали на этапе «Гран-при» во Франции, одно из их вращений было выполнено с большими нарушениями, скажем так. Подозреваю, что любому другому дуэту элемент вообще не засчитали бы. А им засчитали.

- Новый произвольный танец французов вам понравился?

- По-настоящему сильно мне нравилась у них программа «Маски» Ее, думаю, помнят все. В этом году танец получился чересчур «философским», на мой вкус. Уж на что мой папа Pink Floyd любит, но даже он толком не понял, что именно Делобель и Шонфельдер на льду воплотить пытались. Мои родители как-то целый день на эту тему спорили, но так и не пришли к какому-либо заключению.

Новицкий: - Когда спортсмены показывают что-то новое и интересное, это всегда будет привлекать внимание. Делобель и Шонфельдер всегда берут интересную музыку. У них всегда есть свое видение танца. Как у художников. Еще один плюс - хорошее и очень «мягкое» катание.

- Я правильно понимаю, что и вам, Сергей, нравится именно этот дуэт?

- Еще я выделил бы брата и сестру Керр. Мне кажется, что эти танцоры немножко недооценены, что ли. Хотя если сравнивать с теми, кто занимает места в первой десятке, они - наиболее самобытны.

Хохлова: - Когда люди катаются с душой, на них и смотрят по-особому. Мы все можем ошибаться. Соответственно и результат может быть разным. Но я не об этом. А о том, что есть немало пар, чье катание сводится к чистому исполнению элементов. И только. А те же Керры - очень эмоциональные ребята. Видно, сколько души они вкладывают в свои программы. Поэтому и смотреть на них хочется, и соревноваться с ними интересно. То, что они показывают, это интерпретация образа, а не интерпретация набора элементов. Но их упорно не желают ставить выше тех, кого художественный образ не волнует в принципе. А ведь это очень непросто - передавать чувства, сохраняя всю техническую канву.

- В свое время замечательный тренер Валентин Николаев заметил, что, если фигурист зайдет на сложный элемент, пребывая «в образе», то выедет из этого элемента, лежа на спине. И добавил, что работа лицом для профессионального спортсмена - довольно автоматический навык, как и все остальное.

Хохлова: - Соглашусь лишь отчасти: нельзя выходить на лед, думая о музыке. В этом случае об элементах можно забыть сразу. Но музыку обязательно нужно чувствовать, слышать, жить ею. Публику-то не обманешь. Если берешь для программы музыку, которая вызывает у тебя сильные эмоции, и как бы отдаешь эти эмоции в зал, пропуская через себя, то они обязательно возвращаются обратно - от зрителей. Зал совершенно по-другому сопереживать начинает. И этот контакт всегда чувствуется.

- Хотите сказать, что прошлогоднюю «Ночь на Лысой горе» вы катали с ощущением, что вы - настоящая ведьма?

- Конечно.

HAUTE COUTURE

- Яна, не могу не спросить вас как женщину об опыте работы с Вячеславом Зайцевым. Признайтесь честно, для вас существует разница, в каких именно костюмах кататься?

- Конечно. Сама не ожидала, что разница в ощущениях будет настолько велика. Честно говоря, новое всегда вызывает у меня какие-то сомнения. Поначалу казалось, что костюм - и есть костюм. Но когда увидела себя в зеркале, то поняла, что оно того стоило. Одежда, которую нам шьют в спортивном ателье, все-таки немножко другая. К которой мы уже привыкли. Которую неоднократно видели на других фигуристах. То есть, какая бы ни была красивая, это прежде всего - спортивный костюм. А в ателье Зайцева к нам подошли, как к моделям. И изначально выстраивали костюмы, учитывая все особенности именно наших с Сергеем фигур.

В этих платьях и чувствуешь себя по-иному. Не спортсменкой, а хорошо одетой женщиной. Словно на подиуме. По-другому держишься на льду. У нас еще один комплект костюмов для произвольного танца, сделанный мастерами, с которыми мы работали раньше. Он тоже очень красивый, в нашем стиле, возможно, мы будем его использовать в тренировках или на чемпионате России. Но на крупных турнирах решили выходить в тех нарядах, что предложил Зайцев.

- Сколько времени ушло на подготовку костюмов?

- Много. Месяца два. Поскольку не было никакой необходимости форсировать этот процесс, мы никого не торопили.

- Но ведь может случиться так, что к чемпионату Европы вам придется готовить совершенно новый обязательный танец, для которого, как я понимаю, костюмов еще нет даже в проекте. Как будете выходить из положения?

Хохлова: - Думаю, что успеем уложиться. Мы действительно пока даже эскизов не рисовали. Но тут все зависит от мастеров. Если понадобится, то новые костюмы будут готовы быстро, как мне кажется.
     Новицкий: - Кстати, венский вальс имеет такие же шансы оказаться обязательным танцем на чемпионате Европе, как финнстеп и пасодобль.

- Вас не пугает, что времени на подготовку новых танцев, если жребий выпадет на них, останется совсем мало?

Новицкий: - Тут уж ничего не поделаешь. В фигурном катании были времена, когда жеребьевка обязательных танцев проходила прямо на соревнованиях. И из четырех вариантов могли выпасть любые два. Соответственно и тренировать приходилось все четыре. Сейчас проще: после того как пройдет жеребьевка, до чемпионата Европы останется целый месяц.

Хохлова: - Главная сложность новых композиций заключается в том, что даже специалисты толком не знают, как правильно их исполнять. В старых «классических» танцах четко прописан каждый шаг. Как и то, на какие моменты спортсменам (и, соответственно судьям) рекомендуется обращать особое внимание. В новых обязательных танцах четкая базовая модель попросту отсутствует.

Когда мы разбирали рисунки новых композиций в начале сезона и, надо сказать, делали это очень дотошно, то обратили внимание на интересную закономерность: даже те фигуристы, в чью честь танец ввели в перечень обязательных программ, то есть самые первые их исполнители, делают многие шаги нечетко. Соответственно пока непонятно, каких требований станут придерживаться арбитры. Будут ли снижать оценку за какие-то вариации, или, напротив, добавлять «плюсы». Поэтому и работать тяжело. Но в любом случае месяца должно хватить, чтобы с этим разобраться.

- Я обратила внимание, что обязательные танцы вы обычно тренируете в перчатках.

- Хохлова: - Да, чтобы не мерзли руки. У меня кисти с детства обморожены. А пару лет назад я еще и добавила - в Казани. Забыла перчатки дома и голыми руками волокла чемодан с катка на вокзал на пятидесятиградусном морозе. До сих пор страшно это вспоминать. Правда, более сложные танцы в перчатках не потренируешь. Неудобно работать. Хват должен быть очень крепким, а когда рука в перчатке, она может выскользнуть. Это же только со стороны все наши поддержки и прочие элементы легко и красиво получаются. На самом деле достаточно сделать всего одно неправильное движение, чтобы вся программа «полегла» как карточный домик: немного не так взялся за конек - и тут же улетел. Поэтому все должно быть очень четко выверено и отработано.

- О хорошей программе принято говорить: «Мурашки по коже». А у вас когда-нибудь от собственного катания мурашки появлялись?

- Пару раз случалось. Но только на тренировках. Фантастическое ощущение: чувствуешь, что все получается, и кидаешься в музыку, в элементы, как в омут. Это порыв, который невозможно ни спрогнозировать, ни объяснить. Родилось внутри ощущение полета - и ты летишь!

2008 год

 

© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru