Елена Вайцеховская о спорте и его звездах. Интервью, очерки и комментарии разных лет
Главная
От автора
Вокруг спорта
Комментарии
Водные виды спорта
Гимнастика
Единоборства
Игры
Легкая атлетика
Лыжный спорт
Технические виды
Фигурное катание
Футбол
Хоккей
Олимпийские игры
От А до Я...
Материалы по годам...
Translations
Авторский раздел
COOLинария
Facebook
Блог

Хоккей - Тренеры
Вячеслав Быков:
«ЗА ПРОШЛЫЕ ЗАСЛУГИ В СБОРНУЮ НЕ БЕРУ»
Вячеслав Быков
Фото © AFP
на снимке Вячеслав Быков

В нем совершенно непостижимым образом сочетается сентиментальность и железобетонная твердость. Он делает все возможное, чтобы игроки чувствовали себя по-домашнему комфортно, вплоть до того, что отменил в команде базовые сборы перед матчами, а сам все эти годы жертвует самым дорогим - семьей. И, несмотря на две подряд блистательные победы на чемпионатах мира, вовсе не считает себя великим. Сказал даже: «У нас, как мне кажется, сильно преувеличена роль тренера. Зачастую она окутана какой-то таинственностью. Мы же стараемся показать, что никаких тайн нет. И мы - не боги. А просто люди, которые честно относятся к своей работе».

Наш разговор с Вячеславом Быковым состоялся в Уфе, куда тренер и его постоянный напарник Игорь Захаркин перебрались из Москвы, подписав в мае контракт с «Салаватом Юлаевым».

- Как вы объяснили семье свое решение уехать в Уфу, Вячеслав?

- Для жены это решение стало большим шоком. За те пять лет, что я проработал в России, она только-только начала по-настоящему осваиваться. А тут - бац! Ехать в Уфу вдвоем не было никакого смысла. В Москве у Надежды хоть друзья имелись, здесь же - вообще никого. Да и я занят чуть ли не круглосуточно. И выезды постоянные. Только это и заставило меня несколько суток думать над предложением «Салавата», прежде чем его принять.

- Разве у вас было недостаточно времени? Многие до сих пор убеждены в том, что переговоры с уфимским клубом шли достаточно долго.

- В том-то и дело, что никаких конкретных переговоров не было.

- Откуда же тогда брались многочисленные слухи?

- Попробую пояснить на другом примере. Уже сейчас выдвигается масса прогнозов по поводу олимпийского состава. Кандидаты все известны, их не так много. И наверняка, когда состав будет назван, найдутся люди, которые скажут: «А мы еще три месяца назад говорили...»

Как только клуб такого ранга, как «Салават», начинает искать тренера, все ведь сразу принимаются отслеживать ситуацию: кто свободен, кто может освободиться, у кого какая перспектива. Когда мы с Игорем уже после того, как чемпионат страны был закончен, встретились с руководством «Салавата», то услышали, что в республике следили за нашей работой почти три года. Не скрою, это было приятно: потому что означало, что наша работа как минимум людей не разочаровала. Допускаю, что в Уфе велись какие-то разговоры на наш счет, а в этом случае информация рано или поздно всегда выходит наружу и начинает стремительно обрастать слухами.

- А если бы предложение поступило не от «Салавата», а из «Ак Барса» или «Магнитки», вы бы тоже согласились?

- Возможно. Работа с командами такого уровня - это всегда вызов самому себе: проверить, чего ты как тренер стоишь. Мы действительно много сделали в ЦСКА, поднялись к элитным командам, но чтобы сделать еще один шаг наверх, нужно было очень много вкладывать. Такой возможности просто не было.

- Меня до сих пор не покидает чувство, что ваше решение уйти из команды было напрямую связано с теми событиями, которые происходили в «большом» ЦСКА и завершились уходом со своего поста начальника клуба Сергея Кущенко.

- То, что его уход стал одним из факторов, - это точно. Хотя куда более сильной причиной стала наша неудача в плей-офф. Чемпионат-то мы прошли тогда здорово: не было каких-то спадов, все шло четко, ровно, стабильно. ЦСКА играл в дивизионе Тарасова, поэтому нам особенно хотелось там победить. И было так приятно, что смогли... И тут столь обидное поражение. Такие моменты сильно бьют по самолюбию.

Окончательное решение созрело, когда мы с Игорем находились в Новогорске на сборах. Заранее делиться с кем-то своими соображениями не хотелось, потому что это - неизбежная утечка информации, которая на тот момент была не нужна ни руководству клуба, ни игрокам. Но и тянуть время не было смысла: нам нужно было начинать подготовку к чемпионату мира и освобождать голову от каких бы то ни было сомнений и лишних мыслей.

- В тот момент вы ожидали, что в одночасье попадете под такой шквал критики?

- Нет. Сильно переживал, потому что знал, что это несправедливо. Мне были не очень понятны и разговоры о том, что совмещать должности тренера клуба и сборной нельзя. А почему было можно, пока мы работали в ЦСКА?

- Дело не в этом, как мне кажется. А в том, что из ЦСКА вы с Захаркиным уходили со словами, что хотите сосредоточиться на подготовке российской сборной. Но почти сразу оказались в «Салавате». Поэтому у болельщиков, да и не только у них, возникло справедливое ощущение, что их обманывают. Скажу больше: точно такое же чувство испытывала я сама. Прекрасно понимаю, что в жизни каждого человека могут случиться совершенно непредсказуемые повороты, но тогда это выглядело просто некрасиво.

- Возможно. Но это и для нас был очень сложный период. Дело ведь не в каких-то нефтедолларах, которыми нас сразу начали попрекать, а в том, что открылась перспектива интереснейшей работы, позволяющей ставить перед собой очень высокие задачи и одновременно с этим сохранить чувство большого хоккея.

Что касается болельщиков - да, я понимал, как им обидно. С другой стороны, это был первый прецедент, когда тренеры, имея на руках действующие контракты, ушли сами. А когда людей после того или иного матча в шею выгоняют, кого-нибудь интересует, справедливо это или нет?

- Вы сами спровоцировали следующий вопрос: ваш предшественник на посту главного тренера «Салавата» Сергей Михалев стал в республике национальным героем после того, как в сезоне-2007/08 привел команду к первому в своей истории чемпионству. Что совершенно не помешало руководству клуба всего через год уволить тренера после поражения в первом раунде плей-офф. Мне сложно поверить, что в республике, где так относятся к хоккею, потерпят, если вы начнете жертвовать интересами клуба ради сборной.

- Мы обговаривали эти вопросы с самого начала и на самом высоком уровне. Необходимость работать в сборной ни в коей мере не снижает требований к нашей работе в клубе, поэтому, естественно, мы должны предусмотреть все, чтобы совместительство не отражалось на результатах.

- Можно говорить сколько угодно о том, что в совместительстве нет ничего предосудительного, но трудно игнорировать тот факт, что многие совместительства последних лет заканчивались для российской сборной достаточно плачевно.

- Я не любитель смотреть статистику и тем более на нее ориентироваться. Потому что статистика далеко не всегда соответствует истине.

- С одной стороны - да. А с другой, вам предстоит играть в плей-офф через считанные дни после возвращения из Ванкувера. И команда, несмотря ни на что, должна быть на пике формы. Каким образом вы собираетесь решать этот вопрос?

- Поясню, как сейчас устроена наша работа, тем более что многие искренне не понимают, как вообще можно совмещать сильный клуб и сильную сборную. Я бы назвал это словом холдинг: есть две независимые структуры с единым мозговым центром. Одна из этих структур - сборная и принимающие участие в ее работе люди в российской федерации хоккея, которые действуют по нашей директиве.

- Что входит в их обязанности?

- На данный момент - подготовка к «Кубку Карьяла»: визы, приглашения, просмотр игроков, транспортные вопросы, питание, размещение. Еще есть целая группа специалистов, которая работает в Москве на базе Университета физической культуры. Эти люди постоянно отслеживают и обрабатывают нужную информацию и поставляют ее нам с Захаркиным.

- Информацию только по нашим игрокам или также и по соперникам?

- По соперникам в меньшей степени, потому что пока не ясно, каких именно игроков будет приглашать та или иная сборная. На основе данных, которые у нас имеются, мы принимаем решение, как и что планировать. Когда игроки сборной собираются вместе, наша с Игорем задача - обеспечить тренировочный процесс, подготовить команду к матчам. То есть заниматься своими прямыми обязанностями, не отвлекаясь ни на что другое. Для того чтобы это стало возможным, и нужно было организовать и структурировать весь процесс. Чтобы он не требовал вмешательств со стороны, а шел как бы сам по себе.

Для клуба существует точно такой же график подготовки, как для сборной. Например, сейчас чемпионат только начался, а у нас уже готов план на следующую предсезонку. Точно так же мы до мелочей расписываем, что и как будет происходить в клубе во время Евротура или в феврале. В команде есть еще два тренера - Сергей Герсонский и Венер Сафин, которые в наше отсутствие будут брать управление на себя. Естественно, с игроками мы тоже проводим беседы, все прекрасно понимают, что такое профессиональная работа, чувствуют ответственность как за себя, так и за команду.

Когда мы обговаривали условия своей работы в «Салавате», то очень детально обсуждали особенности олимпийского сезона. Заранее постарались объяснить руководству, как видим весь процесс, и, если бы с нами не согласились, мы бы просто не подписали контракт.

То, что мы делаем сейчас, - это вызов, безусловно. Хочется, чтобы и со сборной все было в порядке, и потом - с клубом.

- По крайней мере тогда у вас будет возможность приехать домой, упасть перед женой на колени и сказать: оно того стоило!

- Надя прекрасно все понимает. Мы с ней постоянно разговариваем. В том числе и о том, что из любой ситуации нужно уметь выжимать максимум полезного. И ребятам я об этом говорю. Как и о том, что каждый должен иметь право на ошибку. Потому что если этого права нет, то человек никогда не сумеет раскрыться. Надо желать выиграть, но не бояться проиграть.

- Каковы были ваши первые впечатления от работы с «Салаватом»?

- Я бы мог сравнить этот клуб с баскетбольным ЦСКА в тот период, когда им владел Михаил Прохоров, а руководил Кущенко. Все, что необходимо для достижения результата, обеспечивается мгновенно, причем эта поддержка осуществляется абсолютно на всех уровнях.

- Другими словами, в Уфе вам комфортно?

- Здесь вообще здорово. Раньше я в Уфу только на игры прилетал - начиная с тех времен, когда наша команда «Сельхозвузовец» выступала в чемпионате СССР для 14 - 15 летних спортсменов. Потом бывал здесь с «Трактором», с ЦСКА. Приезжать на более длительный срок не доводилось. Да и до сих пор как-то не было времени, чтобы сесть в машину, куда-то съездить, что-то посмотреть. Первое впечатление - интересный, очень зеленый, современный город.

- Откуда идет довольно распространенное мнение, что вы пытались привлечь в «Салават» как можно больше потенциальных кандидатов в сборную? И что тем, кто не согласился, путь на Олимпийские игры будет перекрыт?

- Ну сами подумайте, где логика? Если я хочу выиграть Олимпиаду или чемпионат мира, то неужели сознательно пойду на то, чтобы не включать в сборную тех, кто сильнее, но играет не в моем клубе? Очевидно ведь, что буду приглашать сильнейших. Причем не просто тех, кто лучше играет на каком-то отдельно взятом участке, а таких, кто подходит под модель сборной команды.

Что касается «Салавата», тут вообще очень хорошо развита система селекции, которая работала и до нас. Того же Сергея Зиновьева клуб хотел получить еще год назад, когда он ушел из «Ак Барса». Давно за ним охотились, но его забрало «Динамо». Этим летом «Динамо» тоже на него претендовало. Как и питерский СКА. А парень выбрал Уфу. Подписал контракт на гораздо более длительный срок, чем у нас с Захаркиным. Я ему сразу сказал, когда мы разговаривали на эту тему: «Ни в коей мере не рассматривай выбор клуба применительно к Олимпийским играм. Я буду брать не своих, а лучших. Если ты будешь входить в их число, мне будет безразлично, за какой клуб ты играешь. Поэтому выбор делай так, чтобы потом не каяться».

Я никогда не стану тянуть людей обещаниями: мол, придешь - место получишь. Какой в этом смысл? Но я не собираюсь кому-то это объяснять.

- Согласитесь, в разговорах о тренерской пристрастности часто бывает резон: любой клубный специалист, как мне кажется, должен быть заинтересован в том, чтобы его клуб был представлен в сборной как можно большим количеством игроков.

- Не факт. В прошлом году мы брали на Евротур некоторых игроков ЦСКА только потому, что тренеры многих клубов звонили мне и просили не трогать их спортсменов. Дать им отдохнуть. И нам пришлось в буквальном смысле жертвовать своими. Кого-нибудь интересовала причина? Гораздо проще было сказать, что Быков тащит в сборную исключительно армейцев.

- Почему, кстати, вы так отстаиваете необходимость Евротура?

- А где еще можно проверить сборную? Сколько было случаев еще в мои времена, когда человек прекрасно выступал на внутреннем уровне, а на международном терялся до такой степени, что его вообще не было видно? Эти окна для всех сборных команд - возможность сравнивать себя с другими, видеть, куда идет развитие.

- Знаю, что в свое время на встрече с Владимиром Путиным, который был президентом страны, вы обсуждали идею сделать сборную совершенно автономным организмом. Зачем?

- Тогда был непростой период. Существовали федерация хоккея, суперлига, только образовывалась КХЛ. И так получилось, что сборная оказалась между двух огней. Зависела и от федерации, и от Лиги. Наша идея заключалась в том, чтобы люди, работающие на сборную, занимались только ею, а не обеспечением всех команд сразу. Чтобы все, что касается сборной, и прежде всего - финансирование команды, было отлажено до автоматизма.

- Неужели этот вопрос нужно было решать на таком уровне?

- А вопрос с дальнейшим существованием ЦСКА на каком уровне решался? На том же самом. Я предпочитаю, чтобы у нашей сборной во всем были сильные позиции. И чтобы люди работали сильные. А то, что вокруг сразу возникают какие-то домыслы, объяснить могу. Я многим мешаю.

- Задумывались, почему?

- Людям предыдущего поколения вообще свойственно считать, что есть только одна правильная точка зрения - их собственная. Они видят тренерское ремесло определенным образом. И не могут простить, что мы - другие. Думаю, главная причина именно в этом. Мы мыслим по-другому, иначе держим себя со спортсменами. Ребята нас уважают, им с нами интересно, их никто не душит.

- Сейчас, обладая опытом двух выигранных чемпионатов, вам тяжелее или легче готовить сборную?

- Я не люблю смотреть в прошлое. Оно твое, но от него уже ничего не зависит. Люблю заниматься тем, что происходит сейчас. Наезженные пути в определенном смысле опасны. Нельзя уходить в ремесленничество, рутину. Нужно постоянно пробовать что-то новое.

- Но ведь уже можно не совершать каких-то ошибок.

- Да мы их особо и не делали. Главное - всем должно быть комфортно. Нам, персоналу, спортсменам, клубам, когда они отпускают игроков в сборную и получают их назад. Но самое главное - чтобы взаимоотношения внутри команды были честными и добрыми.

- На предолимпийский сбор в августе вы вызвали 38 человек, при этом туда не были приглашены такие спортсмены как Алексей Яшин, Максим Сушинский, Николай Жердев. Означает ли это, что для них дорога в олимпийскую сборную закрыта?

- Ни в коем случае.

- Тогда второй вопрос: почему нельзя было пригласить на сбор больше игроков? Какая разница - 38 или, скажем, 42?

- В любом действии всегда есть какой-то подтекст. Если человека не вызывают на сбор, имеет смысл, как мне кажется, задуматься: значит, была причина? Либо он засучит рукава и начнет работать, либо наши пути разойдутся. Мне понравилось, как отреагировал тот же Сушинский. Сказал: я все равно до последнего буду стараться доказать, что достоин быть в сборной. Еще надо понять простую вещь: никто не будет взят в сборную за прошлые заслуги.

- Такого количества звезд, как в этом году, что в России, что в НХЛ, у нас не было уже давно. Вас не пугает приближение момента, когда придется резать по-живому?

- Нет. Потому что мы хотим выиграть. На предолимпийском сборе я сразу сказал ребятам, что такой момент настанет. Что кто-то из них не попадет в команду. Что они могут быть не согласны с нашим решением, но должны быть к нему готовы. Профессия игрока подразумевает в том числе и то, что кто-то, а не он сам делает выбор. С которым можно не соглашаться. Но это - данность. Уже потом можно клевать тренеров за то, что они сделали свой выбор неверно, но это - наша ответственность.

Я предпочитаю сразу говорить о таких вещах. От этого не становится легче тем, кому ты адресуешь свои слова. Но все равно говорить нужно правду. И аргументировать то, что ты делаешь. Хотя все равно бывает больно. И мне тоже. К тому же со стороны вашего брата начинается полемика, сталкивание людей, сталкивание мнений. Все начинают давать советы, публично дискутировать, почему один лучше, а другой - хуже.

- Вы обращаете на это внимание?

- Рассуждаю просто: раз уж меня поставили на эту должность, доверили команду, значит, должны мириться и с тем, как я решаю те или иные вопросы. Вопросы комплектования команды в том числе. Выиграть хотят все. При этом у каждого есть свое мнение. Соответствовать всем мнениям сразу невозможно.

- Какие-то критерии отбора у вас существуют?

- При окончательном определении состава имеет значение множество моментов. Естественно, мы их все просчитываем, вплоть до внутренних взаимоотношений между игроками. Стараемся определить, как то или иное сочетание будет выглядеть на льду. Расширенный состав команды уже назвали. По-хорошему на каждую позицию должна иметься равноценная замена.

- Российская сборная никогда еще не была до такой степени фаворитом олимпийского сезона. Не боитесь, что у ваших игроков может наступить внутреннее самоуспокоение?

- Не думаю. Всех своих успехов ребята добились благодаря работе. Те, кто играет в НХЛ, прекрасно чувствуют настрой тех же канадцев - куда в большей степени, кстати, чем те, кто играет здесь. Потому что они там каждодневно. И опасность чувствуют, и желание очень многих взять реванш. Канадцев, шведов, финнов, чехов. Мы же постоянно общаемся. Августовский сбор получился в этом отношении очень взаимно информативным. А реагировать на любую информацию мы привыкли быстро.

- Вы сказали про чувство реванша. Это подмога или помеха?

- И так бывает, и так. Важно чувствовать грань. Жажда реванша, как и чувство ответственности, может придавить до такой степени, что ноги бежать перестанут.

- Кто контактирует сейчас с НХЛовскими игроками?

- Есть люди в федерации, часто звоню я сам, мы с Захаркиным ездили в НХЛ, со многими встречались. 99 процентов игроков уже прошли через наши руки. Из тех, с кем до сих пор не пересекались в работе, могу назвать троих. Это Паша Дацюк, Лешка Ковалев, с которым играл еще я сам, и Сергей Зубов.

- Попытки наладить контакт с Николаем Хабибулиным прекращены окончательно?

- Я пытался с ним связаться еще два года назад, но безуспешно. Может быть, у него уже нет желания? Может быть, он до сих пор обижен на то, что у него в 1992-м забрали олимпийскую медаль? Не знаю. Если бы мы услышали хоть какую-то готовность, если бы человек как-то дал понять, что готов выйти на контакт... Жалко ведь: вратарь-то классный. Но еще есть время.

- Поражаюсь: каким образом в вас сочетается желание по-человечески понять каждого из игроков и тренерская жесткость, граничащая с беспощадностью?

- Сам не знаю. Я, когда жил в Швейцарии, как-то проходил специальный тест, разработанный для бизнесменов. Очень сложный, многоступенчатый. Для того чтобы человек понял, готов ли он быть руководителем и какой тип деятельности ему наиболее подходит. Мне выдали заключение: командный стиль.

- Отдаете ли вы себе отчет в том, что все может сложиться вообще не так, как планируете? Что у вас не получится успешно выступить в Ванкувере и выиграть чемпионат с «Салаватом». И что вы в одночасье станете тем самым козлом отпущения, которому припомнят и совместительство, и нефтедоллары, и попутно еще кучу несуществующих грехов. Причем не только в Уфе, но и в России в целом.

- Когда человек едет в поезде в другой город, разве он переживает, что там может быть плохая погода? Он уже едет. Какой смысл думать об этом сейчас? Надо работать - и верить в то, что все будет в порядке. Что бы ни произошло потом... Помните, что было написано на перстне царя Соломона? «И это пройдет».

2009 год

© Елена Вайцеховская, 2003
Размещение материалов на других сайтах возможно со ссылкой на авторство и www.velena.ru